Жена иллюзиониста

К чему? Опять визиты, развлечения, поездки… Отказаться неудобно, а так можно сказаться больной. Но очень хочется выйти, ведь такая тоска сидеть целыми днями дома и ждать весточки от Михаила!

Девушка вздохнула и остановилась посреди комнаты, так и не дойдя до двери. Нет, нет, она решила, что более не позволит себе ничего предосудительного. А то ведь в вихре этих развлечений в ее сознании даже промелькнула мысль: не слишком ли она идеализирует своего возлюбленного, так ли он хорош, как она представляет себе? Маша испугалась, прогнала подлую мыслишку прочь и твердо решила до возвращения Колова из дому не выходить, приглашений не принимать.

Дождавшись, пока стихнут голоса и хлопнет дверь, Маша подошла к окну. Нарядная коляска, важный кучер. Да, так и есть, баронесса собственной персоной, одна, без сына, стало быть, тот еще болен. И, пожалуй, нет ничего удивительного в том, что госпожа Корхонэн навестила приятельницу! Девушка поспешно направилась в гостиную, поправляя на ходу прическу.

Гостиная встретила ее пустотой, хотя казалось, что Елизавета Дмитриевна сию минуту была тут, даже тяжелая портьера, закрывавшая дверной проем, еще колыхалась. Девушка обошла стол и только тогда увидела сложенную газету, лежащую на скатерти. Она присела и, бесцельно подвинув к себе газету, пробежала глазами несколько строк. Городские новости девушку не интересовали, она уже собиралась отложить неинтересное чтение, как внезапно наткнулась на знакомую фамилию. Сердце затрепетало.

«Трагическое событие в Балтийском море.

Из Главного морского штаба передают… Броненосец „Князь Пожарский“… Сильнейший ураган и невиданный в наших широтах шторм… Шлюпочные учения матросов и нижних чинов в финских шхерах… Гибель русских моряков… Список погибших… Владимирский… Ишков… Карев… Колов…»

Рука еще цеплялась за край стола, а тело уже обмякло. Елизавета Дмитриевна едва успела подхватить дочь, но не удержала. На ее крик примчалась испуганная прислуга, Машу кое-как донесли до кровати.

Снова ужасное лицо плавает в каком-то месиве, тонет, выныривает, приближается, исчезает. Из грязно-коричневых клубов появляется когтистая лапа, покрытая клочковатой шерстью, и тянется к лицу. Вот кривые когти, омерзительно шевелясь, приближаются, скользят вниз и прикасаются к шее, груди, впиваются в кожу. Страшная боль пронзает тело.

Маша закричала и открыла глаза, но крик не стих, а перешел в протяжный стон, так как страшное видение не отступило.