Домик №10

Молод, конечно, всего двадцать четыре года, но это не самый большой недостаток мужчины.

– Как насчёт вечернего… чая? – Сергей Витальевич смотрел в глаза и нагло, как кот, уже съевший сметану, улыбался.

Неужели на лице Розы всё написано? Хотя… на его же написано, почему у неё нет?

– Никак не могу. – Роза ответила такой же улыбкой. Играть – так играть. Любит сметану лопать – полюбит и саночки возить, то есть, повару приятно делать.

– А что такое? – заинтересованно проговорил златовласик.

– Мужчину буду искать, – вздохнула Роза и с деланным усердием уставилась в тетрадь, поглядывая на довольного улыбающегося тренера.

– Так вот я, – широко раскинул руки Серега, предлагая себя. Нагло. Да. Но наглость и не такие города брала, а тут всего лишь Роза.

Ну, как по всей видимости, думает.

– А вы хороший мужчина? – Роза привстала и деланно осмотрела красавчика. – Я имею в виду – сильный, выносливый? Что с координацией движений?

– Упс. – Кажется, златокудрого даже удалось немного выбить из колеи.

 – Прямолинейно, однако! – засмеялся Сергей Витальевич.

– Так вопрос серьёзный. – Роза покачала головой. – Не до заигрываний, Сергей Витальевич.

Роза вышла из-за стойки, поправляя коротенькое платьице, специально перед собеседником, якобы невзначай огладив себя по бёдрам и дёргая вниз вырез, чтобы грудь стала ещё виднее, благо имелось на что посмотреть. На отсутствие форм Роза пожаловаться не могла. Грудь, попа, бёдра – всё было в наличии и аппетитных размеров.

Ноги не слишком длинные, зато талия тонкая, осиная, и плоский живот. До стандартных “девяносто-шестьдесят-девяносто” далековато, по причине большего размера первых и вторых девяносто, а вот до шестидесяти не дотягивало пары сантиметров. Ростом Роза тоже не могла похвастаться, потому, остановившись рядом с Сергеем, подняла на него взгляд, отметив, куда именно смотрел Златые Кудряшки. Ну, конечно. “Девяносто-шестьдесят-девяносто”. Покажите мужчину, который откажется поглазеть на женскую грудь!

– А давайте сейчас проверим… на деле, а если всё удачно сложится, то я, то есть мы, заплатим.

– Что? – От неожиданности Сергей споткнулся, хотя до этого шёл в полушаге от Розы и беззастенчиво пялился на грудь и попу, нагибая голову.

– Любой труд, говорю, должен оплачиваться, даже наших гостей, тем более – гостей, – продолжала, как ни в чём не бывало, Роза.