Домик №16

Было?

Хака? Альбина на полном серьёзе изобразила в его кабинете хаку? Не смущаясь, не дрогнув, не сомневаясь, она просто встала и начала делать… изображать… танцевать хаку?

Она топала ногами в полуприседе, подпрыгивала, громко хлопала себя по бёдрам, груди, корчила рожи. Страшно то ли хрипела, то ли кричала на маори. Жутковатые звуки, издаваемые голосовыми связками среднестатистической европейки, шокировали, а то и вгоняли в транс.

В эти минуты Альбина была бы смешна, если бы не была столь бесподобна.

Ритуальным танцем аборигенов Новой Зеландии Альбина Иванова вызывала восхищение, трепет и даже страх. В эти минуты Михаил не сомневался, что танцовщица запросто принесёт его в жертву, вырезав сердце из живой груди и выкинув его голодным псам. Такое ничтожество не достойно, чтобы она сожрала его сердце, без соли и перца, сырым.

Кровь, вскипевшая за считанные секунды от вида воинствующего танца блондинки, устремилась к паху.

Михаил хотел эту женщину. Эту ненормальную, сумасшедшую, сногсшибательную, восхитительную, с напрочь отбитой головой. Хотел!

Хотел здесь и сейчас. Не выходя из этого кабинета. Прижать к себе, сорвать полупрозрачную блузку, порвать её, раскидав по кабинету жемчужные пуговицы. Впиться губами, зубами в маленькую грудь, настолько маленькую, что можно почти целиком вобрать в алчущий рот. Задрать юбку, разодрать помеху из жалкого капрона и кружавчиков, плотно облегающих упругий, мелкий зад, и ворваться в тугое, горячее тепло.

Войти, даже если не готова, не хочет, протестует. Войти, потому что единственное, что имеет значение – собственное, раскалённое добела желание.

Нервное движение рукой – горловина душила, не давала вздохнуть, перед глазами плясали тёмные точки, тоже Хаку, били себя по груди и бёдрам, выкрикивали призывы взять спятившую блондинку, прижать, вдавить в себя, ворваться, пока не сошёл с ума вместе с ней, не окунулся в чад безумия.

Движение бедром. Кружево, облепившее ягодицы покачнулось, открывая и тут же пряча желанную ложбинку, и скрылось под тёмной тканью строгой юбки, мелькнули светлые волосы в дверях, и Михаил уставился в пустоту.

Что это было? Что. Это. Было?

“Догнать!” – мелькнула мысль. Альбина не могла убежать далеко, коридор офисного центра длинный, только в самом торце лифты.