Горькая полынь моей памяти

Мужики – не совсем пропащие алкоголики – были при деле. Летом всегда хватало работы, кто на местных фермеров трудился, кто на себя, да и женщины, в большинстве своём, пристроены. Местный люд не назвать богачами, но в сравнении с «поповскими» здесь жировали.

Дамир свернул на тихую улочку, с двух сторон окутанную свисающими на дорогу фруктовыми деревьями, и остановился у большого здания из жёлтого, огнеупорного кирпича. Простой, как куб, дом – трёхэтажный, без изысков, просторный, удобный, надёжный. Забор из такого же кирпича, высокий и неприступный, несколько неприметных камер по периметру, ворота простые с виду, металлические, выкрашенные в чёрный цвет.

Максимально функциональные, не бросающиеся в глаза. Были в селе дома больше и вычурней, жёлтый куб смотрелся справным середнячком, не более.

Дамир лет до девятнадцати-двадцати был не в курсе доходов родного отца. Детей своих тот не баловал. Учились все в городе, отвозил и забирал лично, в последние годы – водитель, но Дамиру такая честь практически не перепадала.

По заграничным курортам никто не отдыхал, брендовых шмоток не носил. Одежда была добротная, качественная, модная даже, но не более. Карима светила серьгами с бриллиантиками, были и у матери дорогостоящие украшения, но не Картье, не Булгари. Тогда Дамир о подобных торговых домах не слышал. Гаджеты были современные, но чаще раза в два года отец телефоны детям не менял. Потерял? Держи кнопочную Нокию и не ной. Сам виноват. В семье есть нужды важнее прихоти.

Увидев реальный доход компании, которой владел Файзулин-старший, Дамир долго не мог поверить. Он мог содержать не один единственный, относительно скромный дом в селе на Волге, а особняк где-нибудь на Юге Франции. Его дети могли учиться в Европе, а ходили в городской лицей. У его жены мог быть штат работников, а она крутилась по хозяйству с утра до ночи, не нанимая даже помощницу раз в полгода для мойки окон.

– Вот ты в школе как учился? – спокойно ответил вопросом на вопрос отец.

– Нормально.

– Отлично ты учился. И закончил с золотой медалью, потому что знал – тебе надо поступить в институт, поступить самому и на бюджет, оплатить тебе учёбу оплатят, но деньги оторвут от младших, нужд семьи. И ты поступил, учишься, привык головой думать, силы рассчитывать, деньги считать.

Дамир задумался, была в словах отца логика понятная парню. Дамир – парень, сын, старший. Ему необходимо было учиться, и не только профессии, но и жизни.