Назову своей

В ту непростую, смутную для страны пору много солдат лечилось, переломанных, как физически, так и морально, среди них Фёдор Калугин – не просто офицер, а герой.

Корреспонденты шмыгали по коридорам, пытаясь снять репортаж посочнее, высокопоставленные военные начальники навещали раненых, особенно часто Калугина, его – демонстративно-показательно, даже первые лица государства наносили визиты под щелчки фотокамер.

Герой Фёдор Степанович Калугин на камеру слова не произнёс, хорошо, если молча таращился, всем видом отправляя начальство куда Макар телят не гонял, а то отворачивался к стене, игнорируя всех и вся.

Ладно высшее руководство страны, собственное начальство, с родными не разговаривал, жену отталкивал. Лишь время от времени спрашивал о Михаиле, добираясь через боль в отделение интенсивной терапии.

В то страшное для всей семьи Калугиных время и познакомились Фёдор и Полина. Что между ними произошло, никто толком не знает. Не спрашивали, всё равно не расскажет никто из двоих. Всё, что знал Игнат – Фёдор почти сразу после возвращения из ада развёлся.

Екатерина, первая жена, слова против не сказала, получив свидетельство о разводе, выдохнула свободно и счастливо. После госпиталя Фёдор подался в Кандалы, только дождался хороших новостей о состоянии Михаила – если ампутацию одной ноги по колено, второй по трусы считать хорошими вестями. Жить будет – за одно это спасибо Богу.

Игнат запомнил, когда увидел Полину впервые. Сам пацан пацаном, школьник, генеральский сынок со всеми полагающимися замашками, смотрел на заявившуюся в десять вечера подругу Фёдора и думал, что девчонка ещё учится в школе, классе в девятом, может, в десятом.

Полина, в низких ультрамодных тогда джинсах, из-под которых выглядывал плоский живот, не дотягивала даже до одиннадцатиклассницы.

– Прости, Полина, – сказала мама, положив руку на сцепленные замком ладошки гостьи. – Федя просил не говорить, куда уехал. Особенно тебе не говорить, понимаешь?

– Понимаю, – кивнула Полина, спокойно посмотрев на будущую свекровь.

 – Он жизнь мне портить не хочет, но я всё равно найду его, понимаете?

– Сибирь большая, как искать собралась? – строго глянул на гостью глава семейства, сам генерал Калугин. Он прищурился, делая и без того цепкий, недобрый взгляд злым.

– Староверских сёл немного, – спокойно пожала Полина плечами. – Я пока нашла семь, плюс на Алтае несколько.

– Ты была в Сибири хотя бы раз? Деревенскую жизнь в глаза видела? – продолжил допрос отец семейства.