Мультяшка

Может, всё-таки уехать, нанять адвоката? У Мирославы были деньги, много денег, доставшихся ей от родителей, как минимум – достаточно, чтобы освободить Данилу и не работать до конца своих дней. Жаль, что это глупые мечты. Всеми средствами управляет дедушка, она отдала ему право распоряжаться финансами в восемнадцать лет, когда могла уже распоряжаться ими на своё усмотрение. Не ей тягаться с собственным дедушкой.

Мирослава развернулась и отправилась в ванную комнату, потратив минут тридцать на отмывание макияжа, борясь со спутанными волосами.

Даже прошлась пальцем с мятной пастой по зубам.

– Теперь я могу идти? Ты откроешь дверь? – Мира предприняла следующую попытку ретироваться.

Она прошлась к входной двери и обнаружила, что та закрыта на замок. Электронный ключ у неё где-то выпал, ползать по полу и под кроватью не было никакого желания, к тому же, хотелось убраться подальше от этого человека. Пришлось возвращаться в переговорную, где в углу дивана сидел её будущий муж, подложив одну ногу под мягкое место и водрузив на колени ноутбук.

Он внимательно просматривал бесчисленные столбцы цифр.

– Я провожу, – Максим встал и смерил Миру тем же непроницаемым взглядом.

Она не отвела взгляд, даже разглядела, как следует, потенциального супруга. Высокий, выше среднего роста, широкоплечий, наверняка ведёт здоровый образ жизни, занимается каким-нибудь активным спортом. Проступающие вены на руках указывали на то, что в спортивном зале не ограничивается беговой дорожкой.

Шатен, глаза серые, губы сжаты, лицо молодое, но резкие морщины у рта и в межбровье выдают возраст около тридцати лет. Ничего особо запоминающегося и привлекательного. Типичный топ-менеджер, клерк. Никакой индивидуальности, ходячая реклама «успеха». Солдат Урфина Джюса, хотя в их случае – солдат Сильвестра Прохоровича.

– Не надо, – она фыркнула в ответ. – Не заблужусь!

– Не сомневаюсь, но всё-таки провожу, – Максим отчеканил так, будто перед ним стояла стажёрка в первый день практики.

Он нырнул в обувь на тонкой подошве – не по погоде, надел какой-то свитер и протянул Мире своё пальто. – На улице холодно.

Мирослава поморщилась, но позволила накинуть пальто на плечи. Когда она бежала сюда, совсем не думала о холоде, хотя замёрзла, ещё пробираясь к балкону по уличному карнизу, чтобы спуститься вниз. Если охрана доложит деду, завтра её ждёт нудная и длинная лекция, а может, даже сегодня.