Огонь наших сердец

По минутам осыпается ожидание невозможного.

Ранним утром просыпается от движения неосторожного…

Голос у поющего был красивый и звучал он по-настоящему душевно, словно рассказывал о себе. Будто именно он не мог найти силы, чтобы проститься со своей любовью. Невольно я разглядела недавнего собеседника лучше. Простое лицо, приятное, открытое, тёмно-русые, взлохмаченные волосы, притягательная улыбка… её я увидела, когда прозвучал последний аккорд, парень поднял взгляд и неожиданно подмигнул мне.

Я вылетела из кабинета стремглав, на ходу ругая себя на чём свет стоит, чувствуя, как пылают щёки.

Интересно, что он подумал обо мне? Что преследую его, напрашиваюсь на продолжение знакомства? Вот ведь, любопытная Варвара! Не могла включить Uma2rman в приложении и слушать на репите хоть целый день?

На дропзону[1 - Дропзона – место, аэродром или иная подходящая площадка, где выполняются прыжки с парашютом.] я прибежала, когда партия новоявленных парашютистов в лице моих друзей-приятелей приземлялась.

Выхватив телефон, я начала снимать всех и каждого, задерживая кадр то на одном, то на другом.

На пищащей от восторга Дашке, которая прыгала с инструктором – сорокалетним усатым дядькой с добродушным выражением лица.

На Никитосе, который, перебирая длинными ногами, размахивая руками-мельницами, надвигался на меня, желая тут же поделиться впечатлениями. Говорят, мужчины растут до двадцати двух лет, Никитос опровергал эту гипотезу своим существованием. В конце мая ему исполнилось двадцать три года, а он продолжал расти.

На Алике – закадычном друге Никитоса, младше на два года, который и предложил сигануть с высоты птичьего полёта.

На Тимофее, попросту Тиме, и довольно скачущей рядом Насте – наших неразлучниках с пятого класса. Мы даже открыли тайный тотализатор на то, когда же они поженятся. Я считала, что после третьего курса, парни ставили на пятый, а Алик утверждал, что никогда. Разбегутся. Ну, не могут люди оставаться вместе со школьной скамьи!

И на всеобщем любимце, компьютернм гении, гордом обладателе почти ста килограмм при росте, едва достигающем метра семидесяти – на Максе.

На всей нашей разношёрстной, дружной компании, которая образовалась давно, в школьные годы, пережила разлуку на студенческие годы Никитоса и Алика, потом наш с Дашкой отъезд в университет путей сообщения, громкие расставания, хлопанья дверями, примирения наших неразлучников и первую, несчастную любовь Макса.