Осколки безумной вечности

Алиса Эмон поступила бы в любое место, но выбрала Лондон, в том числе из-за той самой «школы», профессорского состава, перспектив, в конце концов! Как только такой абсурд мог прийти в голову всегда здравомыслящей Анны Эмон?

Всё это она выговорила на повышенных тонах, поднимаясь по ступенькам на второй этаж, пока не выкрикнула, цепляясь за перила:

– Твоё молчание сделало меня несчастной на целый год!

Алисе Щербаковой шёл двадцатый год, и триста шестьдесят пять дней – это очень-очень много. Целая жизнь.

– А можешь стать несчастной на всю жизнь, – тихо проговорила бабушка, Алиса услышала… и не придала значения.

Глава 15

Ранним утром – Алиса никогда раньше не просыпалась в такое время, – она сидела на краю мостков и задевала пальцами ног воду, оставляя круги на воде, в которых купались солнечные лучи. Услышала шаги, доски покачивались в такт. Она не спешила открыть глаза, подставляла себя солнцу и ощущению безграничного счастья. Шагов узнать не могла, но знала наверняка – Саша.

– Здравствуй, Алиса Щербакова, – она резко распахнула глаза, встречаясь с голубизной неба и глаз напротив. Зрение никак не фокусировалось, разбегались радужные круги, но взгляд от льдисто-синего отвести не могла.

– Здравствуй, – выдохнула Алиса.

– Давно ждёшь? – Саша опустился рядом, она почувствовала нечаянное прикосновение бедра к бедру, от чего сладкая дрожь пробежала по телу.

– Не особенно, – буркнула Алиса, изо всех сил стараясь не опускать глаза ниже подбородка Саши.

А вот его взгляд, не смущаясь, опустился, скользнул по лямкам купальника, остановился на полоске ткани, заменяющей лифчик, облизнул предательски напрягшиеся соски, опустился ниже, огладил пупок, остановился и вовсе в интимном месте.

Безумно хотелось ответить тем же, только это ощущалось как вызов. Бросить же перчатку самому Александру Хокканену Алиса не посмела бы. Похоже, она сдавалась без поединка. Судорожно перевела дыхание, чувствуя, как между лопаток выступают мурашки, а в груди начинает тянуть, вернее, тянуться к Саше.

К его губам, на которых играет едва заметная, заинтересованная улыбка, грудной клетке с прокачанными, красивыми мышцами, сильным плечам, предплечьям, кистям рук с выступающими венами, плоскому животу, дорожке волос, убегающей под плавательные шорты…

Алиса вспыхнула, отчаянно ругая себя! То ли за бросающийся в глаза плотский интерес, то ли за стыд за этот самый интерес. В происходящем не было ничего постыдного.