Осколки безумной вечности

По правде, когда Алиса только увидела закрытый от глаз пляж, вообразила, что Саша станет настаивать на близости прямо здесь. Вовсе не заробела, ведь она хотела того же. Хотела отчаянно сильно с того момента, как увидела Сашу в «Расси», и раньше хотела, даже когда считала, что он оставил её без объяснений – хотела. Не заробела, лишь запнулась, неловко шлёпаясь в поддержавшие объятия Саши.

– Девочка моя, – прошептал он, мягко обхватил губы губами, не спеша углубил поцелуй, балансируя на зыбкой грани нежности и страсти.

Потом они плавали, вернее, Саша плавал, Алиса же висела на нём, обхватывая шею или плечи. Грелись на солнце, разговаривали, много разговаривали и не могли наговориться, как путники после плавящего жара пустыни – напиться.

Не касались лишь одной темы – встречи в «Расси» и последующих событий. Алиса отказывалась вспоминать, не хотела задумываться о том, что всего несколько дней назад Саша целовал Марьяну. И не только целовал… Нет! Нет и нет! Она отказывалась обсуждать это так же, как не хотела признаваться в своём ночном поведении с Арттери.

Правильнее было сказать, что той ночью у неё ничего не произошло с человеком-медведем. Это было бы честно по отношению к Саше и Арттери. Алисе совсем не хотелось становиться причиной конфликта между друзьями. Оказалось, они работают вместе не первый год – Арттери спортивный врач, массажист сборной и лично Саши, а ещё хороший друг. Но… признаться в пьяной истерике вместо секса с интересным мужчиной, когда уже зашла с ним в спальню и сняла бельё, стало иррационально стыдно.

Алисе Щербаковой шёл двадцатый год, два из них она жила и училась в Англии, была самостоятельной, взрослой женщиной, а не юной девчонкой, смущающейся от одного взгляда голубых глаз – именно так хотелось думать Алисе.

Чтобы подтвердить мысль о собственной взрослости, дёрнула тесёмку лифчика, снимая кусочек ткани, скрывающий грудь. Они одни на уединённом пляже, в свидетелях лишь пара крякв с утятами, можно загорать топлесс. Неприкрытая провокация, кого именно, Алиса ответить не смогла бы.

– Уф, – Саша открыл глаза и уставился на открытые лучам груди.

С прошлого года формы Алисы не увеличились. Грудь маленькая со светло-розовыми ареолами, небольшими сосками. Судя по громкому выдоху лежащего, ему понравилось. Саша плотоядно облизнулся, впился взглядом, отчего вершинки напряглись, внизу живота, там, куда скользнул покалывающий льдистый взгляд, полыхнуло. Алиса заметно вздрогнула и рефлекторно сжала ноги.