Поверишь в любовь?

К тому времени, как Настя вернулась к палаткам Ника и Зелёного Геннадия, ей хотелось рыдать в голос. Это ужасно! Всё, что она видела, казалось ужасным, отвратительным, замусоренным, пьяным, скользким во всех смыслах. К тому же природа брала своё, и Настя хотела в туалет. Вот так, банально, примитивно, совсем не по-Рериховски хотела в туалет. Если бы она осталась в той отвратительной будке за сто рублей, она бы провоняла вся с головы до ног!

– Что случилось? – Ник посмотрел на Настю. – Стася, что случилось? – он нагнулся ближе, заглядывая в глаза.

Настя отпрыгнула. Она боялась, что от неё до сих пор воняет.

– Ничего, – быстро отошла на несколько шагов.

– Как скажешь. Ген, вы уже знакомы, а на случай, если проспал… Гена – это Стася. Стася – это Гена, – обратился он к уже не спящему приятелю.

– А Стася у нас?.. – Геннадий вопросительно посмотрел на Ника, а до этого приветливо улыбнулся Насте.

– Стася – сестра Влада.

– Ясненько, каникулы надо провести с пользой, – Гена улыбнулся ещё шире, Настя улыбнулась в ответ.

Мужчина действительно был старше Ника или Егора, какой-то совсем обыкновенный, не слишком высокий, не очень-то атлетически сложенный, не красавец, не урод. Светло – рыжие волосы торчали во все стороны, а выражение лица вызывало доверие. И фамилия – Зелёный – ему очень подходила. Такая же немножечко забавная и тёплая, как и её носитель.

Мужчины накинули рюкзаки, Настя даже побоялась предположить, сколько они литров и тем более килограммов, и двинулись по тропинке.

Она пошла за ними, смотря едва ли не с благоговейным ужасом на конструкции за спиной у впереди идущих, а ведь парни прошли с ними сорок километров, а может и больше… Нет, другие туристы тоже тащили за плечами монстров и не выглядели при этом вялыми курицами, но тех людей Настя не знала, а с этими была знакома. К тому же, только сейчас она поняла, что и Влад так же пойдёт на Белуху, и даже Надежда!

Геннадий вырвался вперёд, а Нику пришлось подстраиваться под шаг Насти, хотя она старалась идти быстрее, и, честно говоря, уже не могла идти медленно или стоять.

Казалось, сейчас польётся из глаз. Надо было закинуть подальше свой стыд и сбегать в ближайшие кустики, пока никого нет поблизости, а она всё никак не могла решиться. Был бы рядом Егор или тот же Гена, что говорить про Влада, Настя бы не думала, но рядом с Ником она не могла отделаться от иррационального чувства стыда. Вспоминалось незабвенное «принцессы не пукают».