Я исполню твои мечты

 – Тебе нужно беречь себя… Врач сказал, что…

– Прошу прощения, это моя вина, – перебил Александр, для чего-то защищая бывшего друга от собственной жены, как покрывал в детстве перед строгим отцом.

– Душа моя, это ненадолго. Оставь нас, будь любезна. Обещаю, сразу после визита я лягу в кроватку и буду хорошим мальчиком, – улыбнулся Олег, Александр не понял, искренне или нет.

– Хорошо, – ответила Геля, покосилась на гостя и вышла, кивнув на прощание: – До свидания, Александр.

– До свидания, – ответил Виссарионов.

– Что ж, – как только Ангелина скрылась за дверями просторной палаты, произнёс Олег. – Не стану задерживать тебя и себя. Время, как говорится, деньги.

Он переставил злополучные чашки с дымящимся напитком на стоявший рядом передвижной сервировочный столик и положил бумаги лицевой стороной вверх. Пробежался по написанному взглядом, выцепил нужное, протянул Александру.

– Это копия моего завещания, не удивляйся.

– Зачем она мне? – не понял Александр. – Я не нотариус, не юрист, тебе это известно.

– Я знаю, – кивнул Олег. – Тебя касается, вернее, я надеюсь, будет касаться только пункт, который я выделил, – он ткнул бледным желтоватым пальцем в написанное.

Виссарионов внимательно прочитал несколько раз и решительно ничего не понял. Знакомой показалась только фамилия, но в тех краях, откуда они с Олегом родом, Лесонен не такая и редкость, сродни Петровым в центральной полосе России.

– Прости? – Александр посмотрел на Олега. – Что это значит? Что именно ты хочешь от меня?

– Я хочу, чтобы ты проследил, чтобы Лесонен Анни получила всё, что здесь указано, понимаешь?

– Не слишком, – Александр приподнял бровь, нахмурился.

Нет, он решительно ничего не понимал.

– Лесонен Анни, насколько я могу судить, совершеннолетняя особа, значит, она в состоянии вступить в наследство. Она недееспособна? – догадался Александр. – Тогда у неё должен быть опекун, попечитель, кто-то же в таких случаях назначается, вплоть до государства. В любом случае не понимаю, причём здесь я? У тебя нет адвоката, доверенного лица? Пусть он займётся этой… Анни.

– Анни – дочь Марты.

– Что?!

Александр отодвинулся вместе со стулом, будто увидел призрак. Да, он готовился, да, он думал о том, что почувствует, когда увидит Марту, был уверен, что ничего. В итоге услышал имя, и земля разверзлась под ногами.

Марта. Марта. Марта!

– Твоя и Марты дочь?

– У тебя от неожиданности отбило способность мыслить? Анни девятнадцать лет.