В закоулках воспоминаний

Мы наконец добрались к развалинам, когда уже стемнело. Медленно пробираясь по переходам, с трудом достигли главного подземного зала.

– Джерим! – заорал во всю мочь Калиб, – Тиа ранена! Ей распороли кнутом всю спину. Это все твой любезный маг!

– Как такое могло произойти? Давай, скорее положи её сюда, на вот это одеяло! – Слепой Джерим даже привстал со своего места. – На живот клади, осторожнее! Мадлен! Мадлен! Неси мази!

Меня приспособили довольно удобно на одеяле, чтобы наша знахарка, Мадлен, могла обработать мне спину.

Я шипела от боли, когда старые трясущиеся руки касались живой раны во всю спину, смазывая её целительной мазью.

– Всё будет хорошо, дитя моё! Даже шрамов не останется. Я сделала новый рецепт для лечения ран. – Мадлен медленно, осторожно продолжала накладывать мазь.

Вокруг собрались практически все попрошайки. Все волновались и переживали за меня.

– Как же это случилось, святые отвернулись от нас! – Джерим сидел на своем месте и покачивался из стороны в сторону.

 – Я все предусмотрел, я не мог ошибиться. Это единственный выход для неё.

– Все, богатые, сволочи! – Калиб со злостью плюнул на пол. – А хуже всего те, кто им служит, или выслуживается!

– Калиб, успокойся! – Мадлен закончила обрабатывать раны и посмотрела на парнишку укоризненно, – ругаясь, ты ничего не добьешься. Тиа нужно отдохнуть и отлежаться. Лучше присмотри за ней.

Несколько дней я провалялась на животе, пока заживали мои раны.

Но Мадлен оказалась права, и рубцов практически не видно. Чудодейственная мазь сделала свое целебное дело. Калиб ни на секунду не отходил от меня все эти дни. Исполнял малейшее желание. Развлекал рассказами, сплетнями. Помогал вставать и отводил в дальнюю закрытую нишу, когда мне было необходимо по нужде.

В один из таких дней я лежала в своем уголке, но все ещё на животе, и рисовала палочкой на расчищенном и утрамбованном участке земли.

Рядом сидел мой преданный друг.

– Что рисуешь? – поинтересовался Калиб, рассматривая мои архитектурные изыски.

– Дворец! – я как раз заканчивала дорисовывать флаги на башне.

– Красиво! Прямо, как настоящий! – похвалил Калиб.

Мимо проносились попрошайки. Они несли корзины с фруктами, или овощами в отдельную нишу, которая считалась кухней. Один маленький парнишка как раз нес большую корзину с зелеными помидорами.