Дерзкая

С чем же может быть связан для него Рай? Нет, не тот рай, где грешили Адам и Ева, а тот Рай, куда брат не хочет допускать меня, не хочет, чтобы я испытала то, что пришлось испытать ему самому. Три года назад.

Ох, как много испытал он эти самые три года назад… Боль. Отчаяние. Крах. И это только то, что было на поверхности. Но возможно ведь, что он боялся чего-то, кого-то ненавидел, вынужден был что-то скрывать или же поступаться какими-то принципами…

В сущности, я не так хорошо знала брата. То есть я знала, как он поступит, что скажет, но мне редко удавалось сразу вникнуть в мотивы этих поступков, угадать ход мысли, оценить глубину и силу некоторых его желаний.

Слишком искусно он их прятал от посторонних глаз, превратив это в последнее время в разновидность увлекательного хобби. Олегу иногда было известно больше, мне же приходилось полагаться на собственные догадки.

Я набирала в качестве пароля слова, приходящие мне на ум в связи с моими размышлениями о Юрке. Набирала и в русской, и в английской раскладке.

Компьютер отфыркивался от моих попыток, но нетерпение, уже прочно засевшее во мне, не давало просто бросить это безнадёжное дело.

Месть… Запрет… Занавес… Тайна… Опасность… Кошмар… Колдовство… Магия… Нет, это несерьёзно. А Юра ко всему относится очень серьёзно. Для него любой вздор, любые гипотезы считаются возможными и имеющими право на существование. Вопреки общепринятым мнениям Юра считал, что на этом свете возможно все, все реально, каким бы сверхъестественным его не считали.

Поэтому и спиритизм, и магия, и прочая чушь были для него составной и равноправной частью действительности…

Действительность. Вот что это. Законная часть действительности, спрятанная от любопытных глаз. Это, несомненно, может быть только действительность… Сущность… Естество… Реальность…

Да, Юрка. Лучше бы ты поставил на пароль мой день рождения, до этого мне бы век не додуматься.

Компьютер тихо пискнул, и заветный архив мгновенно распаковался мне на рабочий стол.

Реальность.

Три файла, объединённые этим заголовком.

В первом – список имён, разделённый чёрточкой на две неравные части. В первой части, занимающей три экранных страницы, незнакомые мне сочетания имён и фамилий и дата около каждого имени. Под разделительной чертой – семь имён, около пяти из них даты. Неотмеченными остались двое: Юрий Орешин и Олег Середа. Я вывела содержимое файла на печать.

Второй файл, графический, содержал фрагмент карты в масштабе 1:2000.