Дерзкая

Это был Зубарский.

– Здравствуйте, Катя, – он подошёл к софе и опустился на край. Он очень изменился. Его лоск испарился, осталось только – несчастное, измученное какими?то невыносимыми для него обстоятельствами, существо.

– Что вы от меня хотите? – спросила я, так как понимала, что ему что?то от меня нужно. За отрешённостью чувствовалось какое?то непреодолимое желание, которое он очень хотел поскорее высказать.

– Меня не устраивает все это, – быстро произнёс он, оглянувшись на выход.

– Что именно?

– То, что со мной произошло.

– О чём вы? Если о том, что случилось неделю назад в Питере… – сначала мне показалось, что он имеет в виду нашу с ним беседу, так бессмысленно и трагически закончившуюся по моей вине, но он покачал головой:

– Что вы, за тот день я вам могу быть только благодарен… Я одним махом избавился от стольких проблем, мучивших меня, что иного трудно было пожелать… Но неугомонная Марина… Она забрала меня, и вместе со своим приятелем Извековым они заставили меня снова ходить и говорить.

Его слова были похожи на бред. Ни за что бы я раньше не поверила, что невозмутимый респектабельный зануда может превратиться в натянутую струну, готовую вот?вот лопнуть.

– Катя, я узнал, что у вас было моё серебряное кольцо…

– Его у меня отобрали.

Он кивнул, замолчал, потом склонился и закрыл лицо руками. Какие удивительные свойства у райских зомби! Такие яркие человеческие эмоции, что непонятно, право, чем же отличается их самосознание от человеческого? Если ничем, то почему Зубарский так горюет по поводу своего воскрешения?

– Я знаю, что его отобрали, – произнёс он, выпрямившись.

– Да. И что?

– Там была коробочка с таблетками и одноразовыми инъекторами. Мне надо знать, её вы тоже забрали? – Зубарский посмотрел на меня с отчаянной надеждой.

Коробочка лежала у меня в сумке. Прежде чем решить, говорить Зубарскому правду или нет, нужно было выяснить назначение этой коробочки.

– Её мы тоже забрали, но, право, сочли её совершенно бесполезной.

– Вы её выбросили?! – с ужасом прошептал Зубарский.

– Понятия не имею, что брат с ней сделал.

Зубарский закрыл глаза и замолчал. Говорить со мной он больше не хотел, не о чем было ему со мной говорить.

– Это важно? Что это было такое?

Не открывая глаз, тихо и безучастно Зубарский пояснил:

– Препараты серебра.