Неспящая. Двоедушники

 – Вы не волнуйтесь, я ему помогу с протоколами. Я их знаете, сколько видала?

– Замечательно, – спокойно кивнула Иванова. – Всего хорошего, мне нужно ехать.

Она прошла к выходу, дверь за ней захлопнулась. Через некоторое время послышался звук отъезжающей машины.

Я оглянулась на Никиту. Он стоял в дверях столовой, низко наклонив голову, и сгибал в трубочку пачку бланков.

– Что ты документы мнёшь?!

Спохватившись, Никита расправил бумаги.

– Ник, ты расскажешь мне?

Он поморщился и промолчал, глядя в сторону.

Я обняла его.

– Никит, не смей! – прошептала я, прижимаясь к нему покрепче. – Я понимаю, тут что-то прошлое, что болит ещё до сих пор… Не вздумай раскисать! Ты что?! Это же ты меня держишь, а не наоборот! Мне же не справиться с тобой… с вами двоими…

– Нормально всё, – коротко отозвался он, обхватил меня, покачал немного из стороны в сторону. – Эх ты, Ладка… Кто кого держит – ещё большой вопрос…

– Ой! Мне же за Ириной возвращаться надо!

– Давай, вперёд! – усмехнулся Никита.

 – Сейчас бумаги закину, да надо с ребятами брёвна поровнее переложить, пока ещё можно на улице что-то разглядеть. А то их с лесовоза скинули, как попало.

Глава 6

Машина так и стояла в лесном тупике. Двигатель работал, свет в салоне не горел.

Ирина встретила меня тревожной улыбкой.

– Ну, как у вас тут дела? – спросила я, забираясь на водительское место.

– Всё хорошо, – отозвалась Ира. – Сидим, всё спокойно. Вот только человек какой-то мимо прошёл. В зелёной куртке с этими… как их… с отражателями на рукавах.

Может, из ваших?

– Нет у нас вроде ни у кого зелёных курток… Когда прошёл?

– С полчаса назад, может, больше.

– Тем более. Полчаса назад мы все в столовке сидели, надзирателя слушали… Да мало ли кто тут шастает – лес-то ничей, в смысле – общий. Ну, прошёл и прошёл, забудь.

– Он к машине подходил, заглядывал в окно. Увидел меня, рукой так сделал… как бы извинился, и дальше пошёл.

– Ну, так ты позвонила бы, если испугалась.

– Я и позвонила, – вздохнула Ирина.

 – Не вам, Алёше.

– Алёше, знаешь ли, далековато бежать выручать вас.

– Ну, я не для этого позвонила. Просто он умеет что-нибудь сказать так, что сразу ничего не страшно.

Ох, ну надо же. Великий гуманист и психолог Марецкий, кто бы мог подумать.

Я осторожно, чтобы не засесть в снегу, развернула машину, и мы поехали обратно к бараку.

Снаружи была ещё не такая уж непроглядная темень, но изнутри казалось, что на улице темнее, чем на самом деле.