Бедный Бобик

Денис чертыхнулся и тихо договорил:

– Это настолько не то, что ты даже себе не представляешь…

Полежав еще несколько минут в теплой целебной воде, он вышел из моря, захватил свое полотенце, ополоснулся в пляжном душе и один пошел в гостиницу.

В номере он опять долго стоял под душем, отфыркиваясь, откашливаясь, пытаясь отогнать навязчивые мысли.

Он потерял бдительность. Он попал в ловушку. В ловушку…

Ему некстати вспомнились эти дурацкие строчки на разлинованном листочке из школьной тетради – все ведь нарочно! наивная трепетная школьница! – который она изловчилась запихнуть ему в карман пиджака.

И видел-то он ее когда? Недели три назад? Школьницу эту… с несколькими аккуратно состригаемыми седыми волосками в трогательном девичьем хвостике…

Ну да, три или около того, когда он привозил ей продукты, чтобы она не таскала тяжести. Ну и, естественно, не удержался, остался ночевать, хотя ведь зарекался… Значит, все это время листочек валялся у него в кармане. И только вчера ночью, когда со сна искал мобильный, который дребезжал непонятно где, он нашел в кармане этот идиотский сентиментальный бред:

… А встретит Вас – лишь улыбнется

Она (иль вовсе не она),

Что к Вам сейчас так жалко жмется,

Что так беспомощно верна…

«Улыбнется…» Она – не улыбнется! Она с ором и ревом будет нестись за ним, разбивая себе башку.

А ему – его единственную жизнь.

Ведь был же какой-то момент, но он его упустил… Когда она споткнулась о его раздражение и равнодушие, сначала не поверив в них… Думала, он от радости завизжит, что ли? А потом всё пыталась поговорить с ним, непонятно о чем, правда… О чем им было теперь говорить, когда и раньше-то кроме шуток и каламбуров он не мог ей ничего сказать… А теперь? О чем говорить родителям нежеланного ребенка? Он почувствовал ее отчаяние и еще подогрел его:

– Исправляй, исправляй ошибку! Считаешь, что я подонок? Так скажи прямо!

– Я не хочу с тобой ссориться, Денис…

– Так и я не хочу, Алена! Я просто советую тебе: ты забеременела от подонка – так исправь ошибку!

И она как-то вся сникла, затихла.

И только раз позвонила, спросила:

– Ты разве не рад, Денис? Скажи мне? Совсем не рад? Ты же сам этого хотел…

Хотел… Мало ли чего кто хочет! Когда это было!.. В одиночестве опустевшей квартиры чего только не захочешь и не придумаешь! Ну да, брякнул как-то: «Роди мне сына…» Что-то вроде того… Потом момент прошел, настроение изменилось.