Вместо жизни…

Когда у меня спрашивали «ты рад?» я даже не понимал, что у меня спрашивают, и просто пожимал плечами. Вся жизнь превратилась в серо-черную полосу, окончание которой я так отчаянно искал.

Так и на дне рождения Наташи, который мы отмечали в ресторане, было много гостей, а я отсутствовал. То есть физически я был там, но вот ментально я был в другом месте. Если бы я верил в душу, я бы сказал, что уже в тот момент она начала отделяться от тела. Я сидел за столом и думал, что ведь это последний день рождения сестры, на котором я присутствую.

Но мне от этого даже не было грустно. Мне было никак. Понимаешь? Просто никак. У меня перестали проявляться эмоции. Я не радовался и не грустил – просто ничего.

Но я научился изображать эмоции. Я буквально смотрел, как это делают другие (по большей части наблюдал за актерами в кино) и повторял, часто перед зеркалом.

Так и в этот раз, на этом празднике, на котором меня не было, я изображал радость. В определенный момент мне это надоело, и я решил передохнуть.

Очень это энергозатратный процесс. Я вышел в коридор, и, как оказалось, у ресторана была крыша, к которой был доступ.

Я стоял там, обдуваемый ветром, и смотрел на огни ночного города. Я буду по нему скучать, наверное. Я перегнулся через бортик, и посмотрел вниз. Если отсюда упасть, разобьешься, или выживешь?

Но я никогда бы не омрачил Наташе праздник, да и я ведь дал себе год. Мои размышления прервала рука, которая легла мне на плечо. Я узнал этого человека, даже не оборачиваясь. Это была Наташа.

А я так хотел побыть один! Но я не имел права показывать, как я раздосадован.

Наташа укутала плечи в шаль, чтобы спрятаться ответра, и подошла ко мне, встав рядом, и, так же как и я, глядя на ночной город:

– Артём, ты какой-то странный. С тобой все в порядке?

Я кивнул головой, мне не хотелось говорить, и я только смог повернуться к Наташе, слабо улыбнуться, и отвернуться лицом к городу.

Наташа явно была обеспокоена, и она продолжила говорить:

– Ты ведь знаешь, что во всем сможешь на меня положиться, ты помнишь? Я знаю, тебе не сладко сейчас приходится, но ты помнишь о моем предложении? После того, как тебе исполнится 18, ты сможешь к нам переехать.

«Не смогу, будет уже поздно» – подумал я, но не сказал, конечно же.

– Наташа, не переживай, я просто правда очень устал от всего происходящего, еще учеба, все навалилось, но я обещаю, все будет хорошо. Я просто хотел немного побыть один.

Наташа кивнула, и молча ушла.