Диадема Справедливости

Можно было бы использовать зачарованные тропы, но на них уходит слишком много сил – не известно, с чем придется столкнуться, когда будем на месте, особенно учитывая суровый характер короля цвергов.

? Расскажи мне, как вы встретились с леди Ариадной? – попросил Сэллан. Похоже, его больше ничего в жизни не интересовало.

? Предлагаю одну игру: я тебе расскажу о том, что ты просишь, а ты мне – почему оказался при Темном Дворе. По рукам?

Его лицо окаменело на мгновенье, но, бросив на меня не свойственный ему жесткий взгляд, он все-таки кивнул.

? Мы встретились довольно давно: я тогда был совсем маленьким, как и она. Ариадна с Крита – её отец, царь Минос, отдал её королеве Мэдб как предмет заклада.

? Что это значит? – расширил свои и без того огромные глаза Роннан.

? Все просто: тогда Минос ещё не был королем, и заключил сделку с королевой Мэдб, в результате которой он должен был получить вожделенный титул в обмен на то, о чем ещё не знает, а не знал будущий король о беременности жены.

Сэллан молчал, ожидая продолжения.

? Когда родилась Ариадна, Мэдб пришла к её матери и объявила, что её дочь станет великой волшебницей. Для этого ей необходимо жить и расти в Стране Вечного Лета. Не знаю подробностей их разговора, но мать Рады выпросила возможность оставить её на семь лет рядом с собой. Мэдб не была жестокой, вопреки всем кривотолкам вокруг её имени – я знаю это точно. Но сделка, есть сделка.

Минос стал царем, прошло семь лет, и Ариадна отправилась к Ночному Двору. По слухам, её мать умерла в тот же миг – было ли это условием, при котором Ариадна оставалась с нею, либо царица просто не выдержала разлуки– сказать не могу.

Когда Рада появилась рядом с нами, Тинни тут же взяла её под свое покровительство. Сили тогда ревновал ужасно: бегал за ними хвостиком – он всегда обожал сестру, а когда появилась Рада, все внимание обожаемой Тинни досталось ей.

Сейчас сложно поверить в это, но Сильвар от ревности подстраивал Раде ужасные каверзы.

Я ведь чем-то похож на неё, знаешь: такой же приёмыш в королевской семье, без отца и матери. Мэдб оказалась прекрасной матерью, не подумай, но все же не родной. Редкая женщина может одинаково относиться к родным и приёмным детям, или хотя бы не делать ощутимых различий, но легендарная королева была именно такой – великой во всём.