Лучшая роль для принцессы

Знаешь ведь, что присоединение Кринстона – это вопрос времени, и его величеству совершенно не обязательно жениться на тебе. Желательно, но не обязательно. Если он захочет, женится на ком угодно, и не исключено, что на той, которая поразит его воображение маленьким кусочком кружева между ног.

Я вытаращила на нее глаза:

– Ты хочешь сказать, что он может всерьез воспринять эту… особу в качестве своей жены?!

– Легко, – взмахнула рукой тетка, отпивая вино. – Ты еще слишком юна, милая, и не понимаешь, как на мужчин действуют некоторые вещи.

Впрочем, я не думаю, что Кристиан женится на ней, так, поиграет да бросит. Но это может затянуться, а я все-таки выяснила у Интрана, что у тебя осталось три недели. Три недели, Энита! Мы не можем ждать, пока король наиграется с экзотической игрушкой. Даже если потом он выберет тебя. Боюсь, всех некромантов давно вывели, а мертвая жена его не заинтересует.

Я вздрогнула.

– Типун тебе на язык, тетушка, – ласково ответила я. – Ты намеренно меня пугаешь или готова предложить что-то дельное? Пусть твой муж этим займется!

Одалия покачала головой.

– Что бы тебе сегодня ни говорил его величество, своего придворного мага он не только не боится, но и помыкает им, как может. Ты же помнишь, Интран связан клятвой о том, что не причинит вреда Кристиану. Так что сегодняшняя уловка короля – не более чем его уважение к твоему уму и попытка разговорить развязную особу, свалившуюся к нему в постель.

– Да пусть она там хоть поселится, мне надо замуж за Кристиана!

– Если она там поселится, – подчеркнула Одалия, – никакого замужества не жди.

И наши жрецы с сожалением, а может, и с радостью, тебя проводят в мир иной.

– Ты умеешь поддержать! Что я сделала не так?!

– Ничего, – примирительно ответила тетка. – Но нельзя все пускать на самотек. Поживи несколько дней во дворце, постарайся обратить внимание Кристиана на себя. Перетяни одеяло, так сказать. В любом случае я попрошу мужа принять меры.

– Он ее убьет? – сдавленно пробормотала я.

– Надеюсь, до этого не дойдет, – тетка похлопала меня по плечу. – Я верю в тебя, милая. И срок будет для тебя лучшим стимулом.

Она поднялась и поставила бокал на стол. Медленно дошла до двери, развернулась и пристально взглянула на меня:

– Три недели, помни об этом, Энита, – и покинула гостиную. Одалия всегда любила эффектные завершения разговора, уйти, чтобы последнее слово осталось за ней.

Замечательно. Три недели до смерти.