Не молчи

– Вилочка? – услышала его голос, немного хриплый, но ставший вмиг таким привлекательным.

Говорить не хотелось. Да и зачем? Ведь все равно скажу что-нибудь гадкое, и испорчу всю романтику. Хотя, о чем это я? Какая к черту, романтика?! Это же не принц на белом коне, это мой старый знакомый Радя, которого я при первом знакомстве окрестила гопником!

– Вилорааа? – вновь позвал он уже чуть громче, можно подумать, я его в первый раз не расслышала, – Поехали ко мне? Я тут недалеко живу.

Вмиг вся романтика испарилась, оставив после себя чуть припухлые губы от поцелуя и растоптанную гордость.

– Конечно, Радя, – оттолкнув парня от себя, прошипела я, – Ты тут рядом, за углом, в травмпункте живешь. Поехали! – гаркнула я уже громче, на весь больничный городок, и, размахнувшись, двинула ему коленом по довольно чувствительному месту. Самому чувствительному, я бы даже сказала.

Пока Радик, согнувшись пополам, что-то неразборчиво мычал, скрестила руки на груди и наблюдала за его манипуляциями, периодически советуя ему, как поступать в сложившейся ситуации.

И что самое удивительное, он послушно следовал моим советам. Врач я или как?

– Ну, как? Полегчало? – участливо поинтересовалась я, похлопав по плечу парня.

Тот, уже приняв вертикальное положение, кивнул. Постаралась как можно ехиднее улыбнуться. А Радим, ухмыльнувшись, перехватил мою руку, дернул на себя, прижал так, что невозможно было пошевелить ни ногой, ни рукой, и, прошептав «Выдра!» вновь полез целоваться.

Я извивалась, стараясь вырваться из его медвежьих объятий, но только тщетно. Легче локомотив сдвинуть, или танкер развернуть, чем Радима. Оставалось подчиниться. Но губ я только из вредности, не разомкнула.

– Ну, открой ротик, Вилочка! – прошептал он в мои губы, так и не отодвигаясь от меня.

– Пошел ты! – рявкнула я, и тут же гопник воспользовался моментом, отбирая новый настоящий поцелуй.

Сосчитала мысленно до пяти. А что? Имею права немного покайфовать! И со всей силы вцепилась в его нижнюю губу зубами.

Радим, выругавшись, отскочил на метр. И держась за пострадавшую губу, гневно смотрел на меня. Вот только в его взгляде мне почудилась еще целая куча эмоций, которых и в помине быть не должно.

– Выдра! – проворчал он, – Хоть и любимая.

Я ошарашено уставилась на него, а Радим, задорно улыбнувшись, щелкнул меня по носу и прошел мимо, будто ничего и не произошло только что.