Дегустация волшебства

Он все еще не мог окончательно проснуться.

– Кто-кто? Конь в пальто! – веселился голос в трубке. – Ты что же, друзей по утрам не узнаешь? Опять, мерзавчик, вчера резвился? Ну у тебя повод есть!

– Джек, ты, что ли? – Гоша наконец узнал Шмыгуна. – Который сейчас час?

– Да уже половина девятого. Все деловые люди уже на ногах.

– Мне сегодня можно попозже. Чего ты звонишь-то?

– Ну, ловкач, ты меня удивил! Я думал, ты это так ляпнул, перед девками хвост распустил. А ты и правда решил это сделать! Так ты учти – я в деле!

– О чем ты говоришь?

– Ну, Гошка, я понимаю – лишние люди здесь ни к чему, но без меня тебе не обойтись.

Имей в виду, тут многие серьезные люди могут зашевелиться.

– Да о чем ты говоришь-то? – в полный голос закричал Фиолетов.

У него было такое впечатление, что он сходит с ума. Собеседник, кажется, не воспринимал его слов.

– Гошка, не перехитри самого себя. Я вчерашние газеты читал, радио слушал, новости смотрел, так что ты меня за дурака-то не держи.

Ладно, ты прав, это разговор не телефонный, я к тебе приеду через час.

– Через два, – на всякий случай поправил Гоша и бросил трубку.

Встав под душ и понемногу сделав воду нестерпимо холодной, он наконец пришел в себя и понял, о чем говорил Шмыгун. Вчерашние газеты, радио, телевидение сообщали о краже картины из Эрмитажа. Клод Жибер, «Бассейн в гареме». И этот идиот Джек вообразил, что он, Гоша Фиолетов, причастен к этой краже! Сумасшедший дом! Как ему такое могло прийти в голову!

Гоша вспомнил баню с девочками и понял, как именно.

Чего он только не наболтал там по пьяному делу! Ничего удивительного, что Джек сразу подумал о нем…

Растираясь жестким полотенцем и удовлетворенно покрякивая, он думал, что разубедить Шмыгуна будет непросто.

Наливая себе вторую чашку кофе, он вдруг понял, что разубеждать его не нужно. Из Эрмитажа украли картину. Судя по обстоятельствам кражи, украл ее случайный человек, преступление не было заранее обдумано: Клод Жибер – не тот художник, ради которого сознательно пошли бы на такой риск.

Смотрительница случайно вышла из зала, картина была не на сигнализации, какой-то гастролер снял веревочку, вырезал картину – и был таков. Вокруг кражи создалась теперь такая шумиха, что вор не решится эту картину продавать… А вот Джек сразу заинтересовался, и у него наверняка уже есть покупатель. А если есть покупатель – значит, должен быть и продавец.