Капкан для принцессы

Или неопровержимое подтверждение ее смерти. Лучше – ее саму.

– Как же получилось, что вы заплатили страховку, не убедившись в смерти девушки?

– Безусловно, мы получили достоверные доказательства. Если мы с вами найдем общий язык, я ознакомлю вас с ними. Но любые доказательства могут оказаться фальсифицированными. Поэтому я и сказал вам, что лучшим результатом вашей поездки будет живая фройлен Тизенхаузен.

– Что будет со мной и с Лолой, если я откажусь от вашего предложения? – осведомился Леня.

Герр Вольф пожал плечами:

– Трудно сказать… Возможно, десять лет, возможно, больше… Я не берусь предсказывать решение суда. Девушка как сообщница получит несколько меньше.

Маркиз допил остывший кофе и поморщился:

– То есть, герр Вольф, вас следует понимать так, что вы делаете мне предложение, от которого я не смогу отказаться.

– Отчего же? – Вольф насмешливо пожал плечами. – Пока человек жив, у него всегда есть выбор.

– Это всего лишь цитата, – пояснил Маркиз, – в моей любимой книге «Крестный отец» старый гангстер называл так предложение, сделанное под дулом пистолета.

– Вы видите у меня в руках пистолет? – Герр Вольф высоко поднял руки. – Я принципиально никогда не ношу оружия.

– Ладно, оставим эту пикировку. – Маркиз поставил на пол пластмассовый стаканчик. – Если уж вы не оставляете мне выбора, давайте хотя бы перенесем наш разговор в более приятное место, а то сами эти стены, – Леня обвел рукой унылую комнату, выкрашенную в безнадежный и официальный грязно-зеленый цвет, – сами эти стены внушают мне пессимизм и неуверенность в будущем.

Через час Маркиз, Лола и герр Вольф сидели в гостиничном номере, потягивая настоящий, хорошо заваренный мокко. Лола была в халате, с головой, обернутой полотенцем на манер тюрбана, – она сказала, что не способна разговаривать ни о каком деле, пока не смоет с себя запах полицейского участка, а Маркиз потребовал ее участия в разговоре, заявив, что она – его полноправный партнер и поэтому должна выслушать весь рассказ из первых уст.

– Итак, – начал герр Вольф свой рассказ, – старшая дочь господина Тизенхаузена, фройлен Моника, была девушкой увлекающейся, темпераментной и всегда доставляла своему отцу немало забот. Молодежь, знаете ли… как говорят у вас в стране – проблема отцов и детей.