Медальон Распутина

Тетка у нее в деревне, в Подпорожском районе. Тетка – ее последняя родня, жена ее часто навещает…

– А вы ей звонили?

– А там и связи нет.

– Допустим… – протянула Дуся многозначительно и переглянулась с Лебедкиным. – Петр, давайте осмотрим еще раз место преступления.

Лебедкин хотел было наотрез отказаться, но Дуся обладала таким удивительным свойством, что отказать ей было невозможно. Он вздохнул и согласился.

– Да, вот еще тут непонятно, – спохватился капитан, – в деле отсутствует список драгоценностей.

– Какой список?

– Ну, того, что у вас украли… – любезно пояснила Дуся.

– А, это… дело в том, что никакого списка не было. Там, в тайнике, всего одна вещь, но очень ценная. Это медальон, золотой, на крышке мелкими бриллиантами выложено распятие, оплетенное терновыми веточками.

– Да? – Напарники переглянулись.

– Это семейная реликвия, мне досталась от деда, а ему – от его отца! – заявил Херувимский.

– Вы ее оценивали? – осторожно спросил Лебедкин.

– Он бесценен! Вы обязаны его найти!

– Ладно, вы на машине? – спросила Дуся Херувимского.

– Само собой.

– Тогда вы поезжайте на своей, а мы подъедем следом.

Она уточнила у потерпевшего адрес его квартиры, и, наконец, неприятный посетитель вышел из кабинета.

– Так я вас жду! – с угрозой сказал он на прощание.

– Угу! – Дуся приветливо ему улыбнулась, но Херувимский никак не отреагировал.

Оказавшись в кабинете наедине с Дусей, Лебедкин первым делом спросил:

– А как ты поняла, что он женат? Я почему-то подумал, что он один живет… такой, понимаешь…

Капитан замялся в поисках подходящего слова, но Дуся быстро пришла ему на помощь:

– Козел.

– Вот именно.

– Ну, знаешь ведь поговорку – любовь зла, полюбишь и козла… и потом, ты ведь эту жену не видел. Может, на нее никакой другой мужчина не смотрел.

– Так все же, как ты догадалась?

– Ну, знаешь, всякие мелочи… рубашка, например…

– А что рубашка?

– Видно, что женщина гладила.

– А что, мужчина сам рубашку не может выгладить? Вот я, например, сам глажу…

– Оно и видно! – Дуся усмехнулась.

– Да нормально глажу! – Лебедкин взглянул на манжету, и тут же подтянул рукав, чтобы ее не было видно.

– И пуговица на воротнике аккуратно пришита, – добавила Дуся. – Тебе в жизни так не пришить.