Восемь обезьян

На стенах висели какие-то грамоты, чередующиеся с цветными календарями прошлых лет – на год Петуха, год Лошади, год пресловутой Обезьяны. Видимо, подчиненные каждый год дарили своей начальнице такие календари.

И не только календари.

На полке за спиной Камнеедовой стояли керамические статуэтки, сделанные в уже известной Надежде мастерской. Они попадали на полку в порядке дарения, поэтому в первом ряду красовался яркий керамический петух, облаченный в пиджак такого же жизнерадостного цвета, как тот, что был сейчас надет на его хозяйке.

Из-за петуха игриво выглядывала керамическая лошадь с красными щеками и вылупленными глазами, за лошадью угадывалось еще какое-то сувенирное животное. Надежда подозревала, что это обезьяна, но стопроцентной уверенности у нее не было.

– Что у вас, женщина? – сурово осведомилась Камнеедова, окинув Надежду с ног до головы суровым взглядом.

Под этим взглядом Надежда Николаевна ощутила всю свою незначительность. Ей захотелось тут же стушеваться, слиться с пейзажем и вообще исчезнуть. Спрятаться под стол, а там уж ползти по-пластунски к двери, прикрывая голову руками, как при артобстреле. Дверь приоткрыть на малюсенькую щелочку и просочиться в нее тихо, как мышь. И больше никогда не беспокоить занятого человека своими пустяковыми вопросами.

Вот какое действие оказывала на посетителей гражданка Камнеедова одним своим взглядом.

Однако Надежда не дала воли этим упадническим настроениям, глубоко вдохнула и затараторила:

– У меня, значит, по оплате коммуналки вопросы. Почему в прошлой платежке за отопление выписано семьсот двадцать рублей, а в этой – семьсот пятнадцать? В прошлом месяце теплее было, а в этом холоднее, почему же в этом меньше насчитали? А за воду – наоборот: в прошлый месяц семьсот пятнадцать, а в этот – семьсот двадцать! Когда я в прошлом месяце все время дома была, а в этом к племяннице уезжала!

– Что? – переспросила Камнеедова, нахмурив брови.

 – Я ничего не поняла! Я за вами не поспела! Вы не можете медленнее говорить?

– Как – еще медленнее? Ну ладно, я же вам еще повторю.