Восемь обезьян

 – И Надежда зачастила в два раза быстрее: – В прошлой, значит, платежке выписано семьсот двадцать, а в этой семьсот пятнадцать, это за отопление, а за воду – все наоборот, когда должно быть не так, потому как в том месяце было теплее, а в этом – я к племяннице уезжала, потому что я с ее собакой сидела, нельзя же собаку одну оставлять! Она когда одна, все время лает, и соседи недовольны!

Выдав эту тираду, она привстала, якобы для того, чтобы быть ближе к Камнеедовой.

На самом же деле, стоя возле стола, она могла лучше разглядеть сувенирных животных на полке.

Теперь она не сомневалась, что за спиной лошади притаилась обезьяна с пылающими, как помидоры, щеками.

Значит, до этой жилконторы охотник за обезьянами еще не добрался – стоит макака на месте абсолютно целая, вот бы обследовать эту обезьяну прежде него!

– Женщина, сядьте! – потребовала Камнеедова.

 – У меня от вас в глазах рябит!

– Я, конечно, сяду, – невозмутимо ответила Надежда, – только я так и не поняла, почему это в платежках такая путаница. Если в этом месяце я к племяннице уезжала, а в том было теплее, почему же в этой платежке семьсот двадцать, а в той семьсот пятнадцать? Когда я в этом месяце уезжала…

Лицо Камнеедовой выглядело так, как будто помидоры ее щек быстро и неотвратимо дозревают. Глаза ее стали еще более выпученными, а волосы встали дыбом.

Надежда почувствовала сильнейшее желание отойти как можно дальше, но посчитала это минутой слабости и смотрела твердо.

– Женщина! – рявкнула Камнеедова. – Какая племянница? Какая собака? Чего вы от меня хотите?

– Племянница моя родная, хотя нет… она мне двоюродная, но все равно как родная, а собака – эрдельтерьер, но когда одна, лает прямо как какой-нибудь пудель… – Надежда вспомнила свою приятельницу Муську Василькову и попыталась говорить таким же визгливым голосом.

Получилось не очень похоже, но противно.

– Женщина! – попыталась прервать ее Камнеедова. – При чем тут ваш пудель? Если у вам… у вас… если вопросы по оплате, почему вы ко мне пришли? С этими вопросами вам нужно в бухгалтерию!

– А я и пришла в бухгалтерию, только они какие-то непонятливые.