Загадка уральской Мадонны

Если Юлия рассчитывала, что Антон пожалеет ее, посочувствует – она ошиблась. Вместо сочувствия он проговорил обычным своим поучающим тоном:

– Вот видишь, ты злишься, нервничаешь, и от этого тебе самой становится хуже… ты должна успокоиться, взять себя в руки, признать очевидное…

– Очевидное? И что же это такое?

– Лора ни в чем не виновата! Она приехала к нам как к единственным близким людям… ну, то есть ко мне, но ведь мы с тобой семья, мы единое целое…

Опять он начал сыпать красивыми фразами! Но Юлия так устала, что решила не продолжать бесполезный разговор.

Она заперлась в ванной и подставила палец под струю холодной воды.

Через некоторое время стало легче.

Они легли в постель, и Антон тотчас же отвернулся. Через минуту Юлия уже услышала его ровное сонное дыхание.

Вот чему она всегда завидовала – умению мужа моментально засыпать в любом месте, в любом состоянии. Сама-то она не надеялась заснуть после всего, что сегодня произошло. Она хотела поговорить с Антоном, поговорить о том, что ворвалось в их жизнь… Она надеялась, что муж поддержит ее, приласкает.

Скажет, что все образуется…

Но он мгновенно заснул, оставив жену наедине с горестными мыслями.

Юлия повернулась на левый бок, уставилась в темноту. Сон не шел.

Внезапно она вспомнила давнее лето. Ей было тогда лет восемь или девять, она жила на даче у дедушки. Дедушка разводил пчел, у него на задах огорода стояло полтора десятка ульев. А еще возле дома росли несколько больших деревьев – Юля не помнила их названия, то ли вязы, то ли ясени, а может быть, липы.

Одно дерево было совсем рядом с окном ее комнаты. И вот на ветке этого дерева какие-то маленькие птички свили гнездо.

Юля наблюдала за этими птичками, ей было очень интересно следить, как они вьют гнездо, как выстилают его изнутри нежным пухом. Потом в гнезде появились яички – крошечные, светло-голубые в темную крапинку.

А потом среди этих яиц появилось еще одно – крупное, светло-серое, покрытое такими же темными крапинками, как все остальные.

Юля продолжала наблюдать за гнездом.

Она видела, как один за другим вылуплялись птенцы – маленькие, беспомощные, покрытые нежным розоватым пухом.

Птенец из самого большого яйца вылупился одним из последних. Он был гораздо крупнее остальных, и на нем не было трогательного пуха, он был покрыт голой розоватой кожицей.

И тут Юля с удивлением увидела, что этот только что вылупившийся птенец начал целенаправленно выталкивать из гнезда последнее оставшееся яйцо.