Я садовником родился

Между прочим, жена Анашкина сказала, что это ее любимые цветы. Я долго пытался ее разговорить, болтали о том, о сем. И, наконец, узнал про розы. Исключительно ради нашей дружбы. Можешь смеяться.

– Не буду. Розы, значит. Тогда точно «шерше ля фам». Ты его припугни. Намекни, что расскажешь жене про цветочки. И про то, как он в чужой подъезд с букетом заходил.

– Ты что, думаешь, у него с Викторией были амуры?!

– Ага. Он заходил с букетом к ней домой и прямо при муже и детях говорил: «Я вас люблю». Думай, Барышев, думай.

– Да пошел бы ты к черту! Гибискус.

– Ты думаешь, я обиделся? А это, оказывается, комплимент. Только больше женщине подходит. Ты книжку лучше почитай. По цветоводству.

– Не буду.

– Боюсь, что придется. Ты тогда позвони, Серега. Я тебе принесу.

– Я лучше Анашкина припугну. Спасибо за совет.

«Розы, розы, белые розы», – замурлыкал Леонидов, положив трубку. Что же тут плохого: мужчина с букетом цветов? А сам он когда в последний раз дарил жене цветы? Не в честь праздника, а просто так? Да, дарил.

И не так давно. Когда обещал приехать пораньше с работы и посидеть с ребенком, пока жена отлучится по срочным делам, а потом забегался и забыл. Пришлось замаливать грехи цветами. Может, и теперь стоит попробовать?

Покупая вечером букет самых дорогих белых роз, он подумал: «Интересно, это выражение моих чувств или следственный эксперимент?»

Результат следственного эксперимента оказался неожиданным. Жена, увидев супруга на пороге с букетом цветов, охнула:

– Что-то случилось? Господи! – и взялась рукой за сердце.

– Ничего, – растерялся Алексей.

– Ты уезжаешь, да? В командировку? Надолго?

– Да никуда я не уезжаю!

– А почему ты мне цветы купил?

– Просто так.

Александра все равно никак не могла успокоиться. Уложив Ксюшу спать, пришла в большую комнату, присела к Леонидову на диван и уверенно сказала:

– И все-таки что-то случилось.

– Почему?

– Когда вечно занятой мужчина приносит жене вечером букет цветов, значит, он в чем-то согрешил и хочет откупиться.

– Ты так в этом уверена?

– Да.

– Умница. – Алексей чмокнул ее в нос. – Надо спросить супругу Анашкина, не получала ли она в среду вечером букет белых роз?

– Какого Анашкина?

– Хозяина фирмы, где работала Виктория Воробьева. Барышев его в убийстве подозревает. А я подумал, не жене ли он грешным делом цветы-то купил?

– И ты об этом думал, когда мне розы выбирал?!

– Каюсь: думал.