Жена по жребию

– То есть кроме прочего, питаться объедками с императорского стола.

– Это не так плохо, – утешила ди-Ларрон Бельтим. – Императрица свою порцию каши не ест, да и принц – тоже.

– Да, действительно, – в прострации выдала Армин и вернулась к сыну.

Роуэн оставил всего пополам. Полбулочки, половинку тарелки каши и даже чай лишь немного отпил – знал, что мама водохлеб. И даже целой чашки ей будет мало.

– Так, я ем булочку, ты доедаешь кашу. Потом в город и в кафе посидим, хорошо?

– А у нас есть денюжки? – удивился ребенок.

– Есть, и как показывает практика, проблема не в средствах.

Стук в дверь и веселый голос Винсента заставили Бельтим судорожно оправить волосы и чуть выпростать грудь.

– Мам, а зачем тетенька так сделала?

– Ей так дышится легче, – хмыкнула Армин, – не смотри.

– Привет узникам, – Винсент тащил целую корзину еды.

Запах жареного мяса заставил ноздри Армин затрепетать. Оборотень остается оборотнем. Даже в императорском дворце.

– Мясо и квас, зелень и хлеб, головка пряного сыра.

– И клятва от добытчика, – Армин непримиримо сложила руки на груди. Винсент закатил глаза и прокусил указательный палец:

– Кровью клянусь, что пришел с добрыми намерениями. Сойдет?

– На первый раз. Бельтим, найди портного. Он нужен мне через час, – коротко приказала Армин, и служанка проворно выскользнула из покоев.

– В город не пойдем? – от обиды у ребенка вытянулось лицо.

– Пойдем, но позже. Голодная смерть нам не грозит.

– Я кой-чего принес, из своих игрушек.

По полу зашагала рота солдатиков. И Роуэн, поспешно прожевав полоску мяса с хлебом, устремился знакомиться с новыми друзьями.

– Сам делал, – горделиво выпятил грудь принц.

– Хоть на что-то годишься. А что с экономикой? Когда на престол взойдешь, вся страна будет в солдатиков играть? – Армин поджала губы и примирительно добавила: – Прости. Мне непривычна твоя доброта. Что произошло за эти годы, что ты вдруг так ко мне проникся?

– Или что не произошло, – Винсент достал флягу с вином и сделал добрый глоток, – не смотри так.

– Они женились друг на друге, а в итоге даже кровь оборотней перестала их спасать. И что?

– Отец хотел, чтобы моей Императрицей стала ты, – Винсент охнул, когда сильная рука сестры вырвала флягу из его пальцев. – Я сопротивлялся, как мог. И тебя презирал. Думал, ты знаешь. Потому и лезешь.