Жена по жребию

За чаем лорд казначей сказал от силы пару фраз, тишину заполняли Армин и Интар. И уже уходя, казначей произнес страшную для Армин фразу:

– Вы были бы лучшей Императрицей.

– Только я не знала о планах отца? – вздохнула оборотень.

– Я знал чуть больше, чем Ваш брат, – тонко усмехнулся казначей, – Вы – копия вашей матери. И лицо, и фигура и повадки. Сильная кровь, сын так же в Вас пошел. Только глаза Дгрона.

Дверь закрылась, оставив принцессу бессильно сжимать кулаки от злости. Сделав несколько глубоких вдохов, принцесса вспомнила о земной традиции отмечать крестиками дни в календаре.

До какого-нибудь значимого события. Кажется, пришла пора и ей перенять эту традицию.

Для принцессы первые дни тянулись невероятно медленно – постоянный прессинг со стороны семьи, легкое непослушание слуг. Впрочем, когда две особо бойкие кухарки были отправлены в дальние гарнизоны, готовить еду солдатам, эта проблема отпала сама собой.

Каждый день принцесса выезжала с сыном в город. Госпожа Маал перестала их сопровождать с того момента, как ей кто-то нашептал о свойствах медовицы.

И Армин бы даже устыдилась, если б не унюхала на оскорбленной даме тонкий аромат свежих цветов. После чего принцесса со смешком посоветовала Маал не врать оборотням.

Сундуки с «приданым» принцессы постепенно заполняли отведенную им комнату. Армин лично накладывала заклятья на двери – у нее было восемь лет, чтобы подтянуть теорию магии и придумать что-то свеженькое и любопытное. Она даже приобрела милые пустячки, способные сыграть роль подарков на перелом Зимы – мало ли, на Перевале совсем плохо с лавками? Неловко выйдет.

В ночь перед свадьбой оборотень впервые спала спокойно. Все, отмучилась. И даже избежала личного общения с Императрицей. Благо, что опала распространялась и на внутрисемейное общение.

– Ваше Высочество, – Бельтим ошеломленно посмотрела на принцессу и на платья, принесенные портным, – а свадебный наряд у вас есть?!

– Я не шила его, – легко улыбнулась Армин и открыла шкаф. Там, в самом дальнем углу, пряталось платье, в котором выходила замуж мать принцессы.

 – Мамино платье, идеально мне по фигуре.

Бельтим осторожно раскрыла плотный футляр, в котором хранилось платье, и восторженно произнесла:

– Какая невероятная красота.

Надевать платье было тяжело, Бельтим даже взмокла, но едва только была затянута шнуровка корсета, и верхнее платье невесомой паутинкой облекло фигуру Армин, служанка вытерла повлажневшие глаза.

– Вы очень красивы.