Очень страшная история. Ненаучная фантастика

 – А дым-от как клубами вьется! Верно, в доме ведьма живет, хе-хе!

Качает бабка головой, беззубым ртом скалится…

– Уж больно причудлива она да ндравна! А спеси-то, спеси! Идет мимо – головой не кивнет! Боится, видать, что отвалится!

– Колдуново отродье – оно и есть колдуново отродье, – отозвалась собеседница.

– Молчи, Лексеевна! Прослышит ейный муж, головы не сносишь, – как зверь за нее стоит! Недавно Настасья, невестка моя, сказала ей что-то супротив, так Сергей прибить ее грозился, за кнут хватался! С сильным да богатым не связывайся!

– И то верно!

Старухи долго еще шепчутся под окном, хотя уже совсем стемнело, и воздух захолодал и наполнился снежной изморосью.

***

Вольно в небе молодой ведьме. Хочешь – вправо лети, хочешь – влево, хочешь – к звездам взмывай… Но лежит ее путь с старой дедовой заимке, к сестрину дому. Кружит ночной птицей над избой, кричит призывно, веткой в окно стучит… Но не скрипнет дверь, не раздаются шаги, не выходит он – любовь ее, Марко-королевич.

Припала Анна лицом к оконному стеклу, в окно заглядывает. Видит: сидят за столом Дарья и Марко, веселы оба. Дитя на руках качает сестра, свеча горит перед образами, которых раньше и помину в избе не было. Строго глядит с них на Анну Пресвятая Богородица… Отпрянуть бы птицей от окна, но словно сила какая-то держит, не пускает…

Видит Анна: пропала вдруг улыбка с лица Дарьи, прижала она ребенка к груди, на окно уставилась, глаза большие, страх в них…

– Милый, что это? Показалось мне, будто сестрица в окно заглядывает?

– Что ты, Дарьюшка! С чего ей среди ночи здесь появиться! – отвечает Марко, а сам встает, к двери идет…

«Иди, иди ко мне, любый мой! Суженый, ряженый, мне, а не ей, предназначенный!» – шепчут сухие от ветра губы, вьется вихрь у окна, вскрикивает птица в ночи…

– Не ходи, Марко! Не открывай дверь.

По имени не называй, не то беда будет! – шепчет, как в бреду, Дарья.

Марко же не сидится… А ведь позавчера только с богомолья вернулись. В монастыре ближнем были. Перед иконами падал Марко, прощения просил за свой грех у Христа и Богородицы. Молился истово, клялся забыть о ведовстве и знаниях колдовских, которыми одарил его Петр при кончине, какие обеты давал… Что же жжет его сердце и ум сушит, что не дает быть счастливым рядом с Дарьюшкой и малюткой-дочерью? Словно чары какие напускает на него кто-то.