Душа и тело

Мне вдруг стало ясно, что я при всем желании не смогу найти нужных слов, и моя затяжная пауза будет непременно воспринята в качестве признака прогрессирующего безумия, после чего Эберт незамедлительно вызовет за мной бригаду, а Йенс из подозреваемого сменит статус на обвиняемого, а потом и на подсудимого. Что ж, я скажу этим людям то, что они хотят услышать, то, что получит в их порочных душах живой отклик, я скажу им то, во что они готовы поверить. Пусть у меня лучше будет пятно на репутации, чем груз на совести.

–На протяжении последних двух лет мы с Йенсом Беккером состояли в любовной связи, – выдохнула я, и сама удивилась, насколько естественно мне удалось «чистосердечное признание», – занятия фитнессом в Даттеле лишь служили прикрытием для встреч с Йенсом. Вспомни, Эберт, раньше я ездила в Реклингхаузен, а два года назад резко сменила клуб! Вчера я вообще не была на тренировке, и никакой подруги в Даттеле у меня нет, и это легко проверить. Я весь вечер провела вместе с Йенсом.

–Держите себя в руках, господин Штайнбах! – комиссар Берггольц решительно преградил путь бросившемуся на меня Эберту, – не забывайте, где вы находись.

–Комиссар, она врет! Если бы моя жена была в Хорнебурге, я бы заметил ее машину, там же открытая местность, всё видно, как на ладони! Беата, что ты творишь, ненормальная! Только полный идиот поверит, что между тобой и Йенсом что-то было! Перестань сочинять сказки! Только больной человек способен придумать такую несусветную глупость.

Ты и эта вечно пьяная, вонючая скотина были любовниками? Сколько лет тебе и этой старой развалине? Что он мог тебе дать? Не смеши народ, Беата, да тебя сразу наизнанку вывернуло, если бы ты просто на порог этого свинарника зашла!

–Наизнанку меня выворачивает как раз от тебя, Эберт! – в самоубийственно бесшабашном порыве поведала я, и комиссару пришлось применить силу, чтобы защитить меня от разъяренного мужа, – причем, уже очень и очень давно. Спрашиваешь, что Йенс мне дал? Духовную близость, уважение, нежность, ощущение собственной нужности, и любовь, да Эберт, любовь, о которой ты даже представления не имеешь.

А что касается машины, то я специально поставила ее возле супермаркета. Камеры на парковке всё зафиксировали, просто затребуйте данные, комиссар, и удостоверьтесь, что я не лгу. И еще, комиссар, в жилище Йенса повсюду остались мои отпечатки: на чайнике, на посуде, на пакете с лекарствами, на одеяле, которым я укрывалась.