Любой ценой. Том II

При подписании соглашения мне твердо пообещали бой с Рамиресом, и если в стриминговом сервисе всерьез полагают что «Хитмену» можно безнаказанно морочить голову, то они глубоко заблуждаются на мой счет. Я не скрывал своей цели, в соперники мне нужен Рамирес и никто другой. Раз у моего нынешнего телепартнера нет действенных рычагов давления на «Gloria Boxing», назревает логичный вопрос – а за каким дьяволом нам продолжать сотрудничество? Пока мое имя еще хоть что-то значит в мире бокса, у меня остается реальная возможность выйти на «Эль Гато», и я буду рассматривать любые варианты.

– Ян, твоя настойчивость, конечно, заслуживает восхищения, – с мрачной иронией усмехнулась я, – но ты почему-то забываешь, что земной шар вращается не только вокруг тебя, и у команды Рамиреса могут быть свои планы, причем, с твоей персоной, они, увы, не пересекаются. Даже если ты демонстративно хлопнешь дверью и в одностороннем порядке расторгнешь контракт со стримингом, что ты для себя этим выиграешь? Да, твоя фамилия занимает верхнюю строчку в рейтинге P4P, но скандальные разборки с партнерами не помогут тебе упрочить свое шаткое положение, равно как и патологическая одержимость реваншем.

Ладно, представим, что рано или поздно ты ни мытьем, так катаньем вынудишь де ла Круса уступить, но, во-первых, тебе самому-то не противно клянчить реванш, а во-вторых, к тому времени, когда промоушн «Эль Гато» милостиво соизволит провести третий поединок, ты либо состаришься, и Рамирес тебя позорно удосрочит, либо напрочь свихнешься от своих галлюцинаций, и медкомиссия тебя завернет. На мой скромный взгляд, оба исхода так себе, и если уж тебе неймется, лучше трансформируй энергию в спортивную злость и направь ее на достойного соперника. Даже я, человек страшно далекий от бокса, прекрасно понимаю, что тебе не видать Рамиреса, как своих ушей, хватит на нем зацикливаться. Это смешно, Ян, и я не хочу, чтобы вчерашние фанаты над тобой потешались.

– А чего ты хочешь? – с плохо скрываемым раздражением спросил «Хитмен», и я внезапно почувствовала, как меня до мозга костей пробирает неприятный, пугающий озноб.

Я до скрежета стиснула зубы, набрала в легкие побольше воздуха и силой заставила свой голос не дрожать от волнения.

– Я хочу, чтобы ты навсегда избавился от наваждения, – без запинки ответила я, – хочу, чтобы ты красиво завершил карьеру и вошел в зал боксерской славы, но больше всего на свете я мечтаю, чтобы амулет прекратил разрушать твою психику, и ты вновь обрел покой на сердце.