Любой ценой. Том II

Во-первых, у меня язык не поворачивался назвать чеха стопроцентным «мешком» – парень обладал завидной целеустремленностью и упорно продвигался к вершинам славы, пусть даже на этом тернистом пути у него складывалось далеко не всё, а во-вторых, он не боялся потерять нолики в графе «поражения» и настойчиво пытался заполучить бой с по-настоящему сильным соперником. Как бы ни прискорбно мне было это констатировать, но с оппозицией Дворжаку хронически не везло, я будь я склонна к суевериям, я бы и вовсе сказала, что чешского боксера преследует злой рок.

Титульные поединки с его участием постоянно срывались по самым разным причинам, и Томашу приходилось доказывать свое право сразиться с лучшими из лучших, регулярно отправляя в нокаут ноунеймов, ветеранов и прочий сомнительный контингент. Изначально я подозревала, что промоутер Дворжака отличался такой вопиющей бездарностью, что ему до сих пор не удалось организовать ни одного толкового боя, но чем глубже я вникала в суть вопроса, тем сложнее мне было постичь причудливую логику судьбы. Иногда у меня невольно складывалось совершенно абсурдное по сути своей впечатление, что чех стал жертвой тайного сговора, ставящего своей основной задачей под самыми фантастическими предлогами не допустить восточноевропейского спортсмена к серьезным поединкам: бедолага много лет терпеливо стоял в очереди за тем или иным поясом, а когда наконец все-таки наступал его черед, соперник либо внаглую платил дань Федерации и откупался от защиты, либо, как это сделал «Хитмен», без сожалений прощался с титулом, и Дворжак снова оставался у разбитого корыта, будучи вынужденным выходить на ринг против никому не интересного «таксиста». Со временем Томаш, естественно, не молодел, но к залу боксерской славы, увы, не приближался ни на шаг, и на месте честолюбивого панчера я бы уже давно впала в отчаяние и смирилась со своей печальной долей. Но не таков был наш герой, и рано или поздно ему непременно должна была улыбнуться удача. Впрочем, если вспомнить, что предыдущий бой Агапова завершился страшной трагедией, и состояние Мориса Дюруа по-прежнему не внушало оптимизма, Дворжаку я откровенно не завидовала.

Сейчас я могла лишь терзаться в догадках относительно того, воспользуется ли Ян амулетом или прибережет магические свойства кожаного мешочка для гипотетического реванша с Рамиресом.