Предначертание. Том I

Игорь ни разу не попытался поцеловать меня в темном кинозале, даже обнимал он меня как-то чисто по-дружески, и я бы могла списать данные странности на природную застенчивость или пуританское воспитание, но только не в случае с раскованным, открытым и коммуникабельным парнем, каковым, безусловно, являлся Маркелов. Если родители нас уже давно поженили, то сам Игорь никогда официально не предлагал мне «дружить», хотя и ежедневно напоминал о своем существовании звонками и сообщениями. Когда я пребывала во власти очередного романтического увлечения, наши контакты сводились к минимуму, а затем я от скуки позволяла Игорю пригласить меня на прогулку, чтобы вскоре снова отправить его во френдзону.

Одним словом, парень никогда не был чрезмерно навязчив, он адекватно относился к отказам, и постепенно я привыкла, что Игорь всегда находится на расстоянии телефонного звонка, но благоразумно не переходит грани дозволенного. Симка в открытую осуждала меня за «динамо», но я легкомысленно отмахивалась и ничего не спешила менять, хотя моя подруга и считала, что я бессовестно издеваюсь над чувствами бедного Игоря, придерживая его на коротком поводке. Наверное, я бы даже согласилась с Симкой, если бы парень хотя бы единожды намекнул мне на необходимость форсировать события и переходить от приятельства к чему-то посерьезнее, однако, у меня невольно складывалось впечатление, что Игорь был ничуть не заинтересован нарушать нынешнее положение вещей, и его вполне устраивал установившийся статус-кво. Вот и сегодня он с аппетитом поедал эклеры, на все лады нахваливал вишневое варенье и параллельно вел оживленную беседу с мамой, будто мое присутствие воспринималось им как приятный бонус к вкусным пирожным и ароматному чаю. По большому счету, нам с Игорем даже разговаривать было не о чем: его успехи в учебе и спортивные достижения в секции плавания меня мало заботили, новости про общих друзей отклика в душе не вызывали, а о том, что тетя Лена собирается провести отпуск в Таиланде я уже и так неоднократно слышала от мамы, не теряющей надежды уломать отца последовать примеру подруги. Принимая во внимание, что две трети жизни отца проходило в бесконечных разъездах по стране, отдых он выбирал исключительно пассивный и тащиться за тридевять земель ради того, чтобы точно также валяться на диване только в номере отеля категорически отказывался, чем жутко выводил из себя истосковавшуюся по путешествиям маму.