Предначертание. Том II

Я полюбила одиночество и даже наслаждалась им, более того, я хорошо осознавала, что так будет всегда, и, хотя в институте мне волей-неволей придется заводить новые знакомства, настоящей любви и дружбе уже не суждено повториться. Все случилось слишком рано, я была молода, наивна, неопытна и совершенно не готова к выпавшим на мою долю испытаниям, мои действия были чересчур импульсивными, а их последствия – катастрофическими, но как бы там ни было, я бы без колебаний принесла в жертву свое будущее, только бы Эйнару ничего не угрожало.

Я утешала себя мыслью, что срочный побег из города вместе со Стешей спас Эйнара от расправы, и туда, где они сейчас находятся, Цирюльнику не добраться, и пусть в армию с весенним призывом парень скорее всего так и не попал, я всё равно надеялась на лучшее. А вот на что надеялся внезапно объявившийся у нас дома Юлиан оставалось для меня загадкой, но я считала правильным дать ему возможность объясниться.

Мама никогда не видела Джулса, и знала о нем исключительно понаслышке.

Думаю, именно поэтому она сразу не выставила гостя за дверь, принципиально не вступая ни в какие дискуссии, а вежливо осведомилась, не перепутал ли он квартиры, после чего инстинктивно схватилась за сердце, когда Юлиан в ответ назвал себя. Парню здорово повезло, что отец уехал в рейс – в противном случае еще неизвестно, во что бы вылилась бесшабашная смелость Джулса, но на его удачу дома были только мы с мамой.

– Вон отсюда! – с порога потребовала мама, и уже вознамерилась было от души хлопнуть дверью прямо перед носом у растерянного парня      , но тут в коридор вышла я и натуральным образом обомлела от неожиданности.

– Джулс? – потрясенно захлопала ресницами я, – что ты здесь делаешь?

– Он уже уходит, – поспешно ответила за Юлиана мама, и в ее голосе отчетливо мелькнули интонации нарастающей паники. Мама заслоняла проход своим телом, и весь ее преисполненный решимости вид кричал о том, что, если Джулс попробует нарушить неприкосновенные границы нашего жилища, она не погнушается любыми средствами допустимой самообороны.

– Почему ты просто не позвонил? – не смогла скрыть изумления я, наблюдая, как Юлиан неуверенно переминается с ноги на ногу, но при этом упрямо отказывается подчиниться маминому требованию.

– Такие разговоры по телефону не ведутся, Рина, – откровенно заинтриговал меня парень, – а мне нужно серьезно с тобой поговорить, и я бы хотел, чтобы твои родители тоже при этом присутствовали.