Разреши себя любить

Потом меня осенило: – Ты мать моих мальчишек.

Она закусила губу, борясь со слезами. Фыркнула недовольно, отвернулась.

– Я сейчас в таком хреновом положении, что даже не могу тебе отказать.

Я, не выпуская ее ладони, обогнул маленький стол и опустился перед ней на корточки.

– Знаешь, вот теперь у тебя действительно все будет хорошо. Я вернулся, Мари. Я больше никому не позволю тебя обижать.

Неожиданно ее лицо исказилось, крупные капли потекли по щекам, закапали на грудь, майку. Она разревелась, сжавшись в комок и уткнувшись в ладони.

А я гладил ее одной рукой и улыбался. Все будет хорошо, Мари. Обещаю.

Домой я попал только под утро, злой, уставший и голодный. Всю дорогу я думал о случившемся, пытался найти оправдание брату, просчитывал варианты его поступков. Ничего у меня не сходилось. Блокируя кредитку Мари, Тиль должен был понимать, что оставляет ее без средств к существованию. Зная брата, я мог дать руку на отсечение и даже готов был подраться с кем-нибудь, доказывая, что он никогда бы так не поступил.

Тем более с Мари. Мари для него была святой, он пылинки с нее сдувал, да он с ума сходил, если не мог до нее дозвониться дольше десяти минут. У него на уме и на языке всегда была только Мари. А еще Мари сказала, что Тиль сам отказался от проведения экспертизы, мол, он и так все видит и знает. Хорошо-хорошо, если допустить, что Тиль реально сомневался в своем отцовстве, то почему отказался от ДНК-экспертизы – ведь тогда это снимало все вопросы? Я был уверен на миллион процентов, что Тиль отлично знает, чьи это дети. Просто тут что-то не так…

Сьюзен встретила меня сонной и мятой. Он мурлыкала и жмурилась, целуя меня, гладила по груди, фырчала, как кошка, прижимаясь всем телом.

– Я очень хочу есть, – устало признался я.

Она блаженно ткнулась носом мне в шею, чмокнула в кадык и отправилась на кухню.

– Я ждала тебя пораньше, – грела она мясо с овощами в микроволновке. – Сок будешь? Выжать?

Я кивнул и уселся в кресло, доставая сигарету.

– Дэн, – скривилась она игриво. – Не кури здесь…

– Вытяжку включи посильнее, – велел я.

– Иди на террасу. Я там накрою.

Я с трудом переместил свою задницу в кресло на террасе. Улыбнулся – Сью действительно ждала: на столе стояли фужеры и вино, фрукты, сыр нарезан кусочками. Сью поставила передо мной тарелку с едой.

– Хоть бы позвонил, – села она на подлокотник и обняла меня.