Город пахнет тобою…

Я сжала его пальцы. По телу тут же начало разливаться тепло из центра живота. Черт, я еще хочу так!

– Где остальные? – ворчал Дэвид, вышагивая по номеру. – Почему за всеми надо бегать? Почему никого вечно нет на месте?

– Позвони им, – предложил Тиль. – Все сюда и придут.

– Не надо всех! Мне еще в душ и одеваться! – запротестовал Дэн.

– Ладно, вы там решайте, а я пойду себя в порядок приведу. У меня две пары джинсов с собой, никак не могу выбрать, какие надеть, – улыбнулась я, быстро ретируясь из номера, пока мне не придумали занятие.

В зеркало увидела, каким облизывающим взглядом проводил меня Тиль. Я тебя тоже люблю, малыш.

В концертном зале каждый из нас занимался своим делом – ребята работали со звукорежиссером, я таскалась с Фехнером и переводила, общалась с журналистами и другими заинтересованными лицами. Работа у меня была не пыльной, и если бы не то дикое количество народа, которое каждый день мелькает перед глазами, можно было бы считать, что это идеальное место для такой лентяйки, как я.

Когда все вроде бы подготовили, мы сидели в гримерке и обсуждали какие-то насущные дела. Я дразнила бананом Тиля, совершенно на него не глядя (точнее я за ним изредка наблюдала в отражение в окне), – мягко обхватывала губами сладкий фрукт и «эротично» откусывала. Тиль ерзал, нервничал и старался скрыть возбуждение. Дэн пытался на меня не смотреть, но тоже как-то излишне громко ржал и очень пошло шутил. Клаус спал в наушниках. Хаген бренчал на гитаре и огрызался на выпады близнецов. Потом все ушли, оставив Тиля распеваться. Мы с Хагеном немного побесились в коридоре, хотя шпильки располагали все ж к эротичному покачиванию бедрами во время ходьбы, а не к дикому скаканию на них в каком-то бункере.

– Завтра в Лиссабон приедут два врача из Германии, Маркус договорился. Они меня посмотрят, – шепнул мне Тиль перед выходом на сцену. – И если они скажут, что с горлом что-то серьезное и мне не надо выступать, то мы отменим пару концертов, чтобы пролечить мое горло.

Ты довольна?

Я с благодарностью посмотрела на него и кивнула. Хотелось обнять и поцеловать. Нельзя. Народ.

– Я не хочу, чтобы ты нервничала.

– Спасибо тебе. Не буду. Удачи. Я с тобой.

Он покрутил головой. В коридорах никого нет, кроме трех человек из охраны. Эти знают. С этими можно. Обнял меня и поцеловал.

– Ты моя удача.

Я осталась одна, провожая их взглядом. Прислонилась затылком к каменной стене. Надо идти за ними и стоять за сценой. Не смогу.