Рыжая фея из глухомани

Тихо подойдя к дверям спальни, немного раздвигаю плотные шторы.

На большом угловом диване, возле стены, положив Дашу себе на колени, сидит Фая. Одной рукой она держит девочку, немного покачивая и напевая ей незамысловатую колыбельную:

– Ай, баю, ай, баю

Баю, доченьку мою,

Моя доча баю-бай,

Моя доча засыпай…

Обняв другую её руку и прижавшись к ней щекой, спит вихрастый Элвин-Тихон. С краю, в свете бра, лёжа на боку, Мишка читает книжку. Не рубится в телефоне, а читает. В наше время – это что-то из ряда вон.

Вообще, картина так берущая за душу, что на меня разом накатывает какая-то волна щемящей тоски.

Хотел бы я такую семью? Однозначно, безоговорочно, именно такую, тёплую и душевную. Хотел бы я такую жену, как Фая? Только такую и хотел бы – нежную, любящую, ласковую. Хотел бы я прямо сейчас всё изменить и променять свою свободу и одиночество на семейный быт и море ответственности? Нет. Не готов. Пока не готов. Да, мне хочется именно такую семью, но не сейчас. Когда-нибудь потом. Что-то ещё не даёт мне сделать этот шаг, что-то ещё держит меня в моём одиночестве и не отпускает.

Я, всю свою жизнь ждущий тепла родного человека, не могу переступить эту черту и оставить своё одиночество в прошлом.

То, что произошло сегодня с Фаей, я могу понять. Когда у Фаи был мужчина? Она посвятила себя детям и совсем не похожа на ту, кто станет заниматься сексом для здоровья. Что-то она там говорила про какого-то Егора, но, по её словам, расстались они ещё до появления Даши. То есть, как минимум три года она одна.

Так что её реакция вполне объяснима. А вот моя реакция меня несколько удивила. Я, уже настолько пресыщенный женскими ласками и более интимного характера, поплыл как мальчишка, когда она начала, сама того не замечая, ласкать меня своими нежными руками. Не смог сделать вид, что сплю и схватил её за руку. Напугал её, совсем невинно поцеловав её маленькую ладошку. Представляю, как бы она напугалась, если бы откинула одеяло и увидела бы, к чему привели её незапланированные ласки и нежные поглаживания! Если это называется – лечить синяки и ссадины, то я готов пойти ещё откуда-нибудь свалиться, чтоб только снова испытать эти божественные ощущения, когда Фая, забывшись, начинает ласкать и нежно поглаживать.

В сущности, мы с ней в чём-то похожи. Только я, боясь и не принимая серьёзных отношений, меняю девушек, не задерживая их возле себя и на неделю, она же совсем отказалась от любых отношений. Мы оба боимся поверить и доверится.