Спасение беглянки

Но в глубине души мы все ненавидим друг друга.

– Да за что? У всех же судьбы исковерканы! Что вам делить?

– «Вам»? А ты как бы уже и не с нами! Ну, ты глупая! «Что делить»… Не «за что», а потому что проституция – это конкурентный бизнес!

– Да какой «бизнес»?

– Суровый! Но ты права. «Бизнес» – для сутенёров. А для нас – способ выживания. И каждая хочет заработать. Уличные ненавидят тех, кто в отелях работает, потому что бабла больше, да и безопаснее. Отельные – тех, кто в шикарных салонах. Завидуют!

– А я никого не ненавижу, и не осуждаю даже…

– Что не осуждаешь – правильно.

Тут все и правда несчастные. Да и мы с тобой – тоже… Но запомни: никакой дружбы здесь не бывает! Тебе никто не поможет. Если вдруг полиция заметёт, или гадость какую подхватишь, на улице окажешься. А там ни от кого защиты не жди. Я в от, грешна, тоже руку помощи не протянула год назад старой знакомой. Лариска искала меня, звонила… А я пряталась от неё, потому что не хотела Кызылая просить за ВИЧ-инфицированную… Да он бы и не стал связываться…

– Жуть! Всё! Я хочу домой! С меня хватит этих страшилок!

– Тю-у! Да ты настоящих ужасов ещё не видела!

– Всё равно.

Я уеду скоро…

– Мечтательница… Отработай долг, потом Каракюрт тебя, может быть, и отпустит… если очень постараешься. Или беги! Но только не сейчас, а то он меня оштрафует, – усмехнулась Галя. – Но тогда тебе – прямая дорога в тюрьму, где жить придётся в одной камере вместе с какими-нибудь туберкулёзниками, или похуже… в ожидании депортации.

Только кто поручится, что дождёшься? Так вот, подруга….

– А ты откуда знаешь про тюрьму?

– Да прямо «оттуда»… Так что, чем тюрьма – лучше сразу смерть! Да и, по-любому, свобода слаще! Даже такая, как у нас… Гуляем вот с тобой, на Босфор любуемся, в кафешках сидим, сладостями балуемся. А что будет завтра – неизвестно…

Вернулись в отель далеко за полночь.

Средних лет турчанка на ресепшене, сонно потягиваясь, посмотрела на вошедших не то оценивающе, не то осуждающе.

– Не обращай внимания, – сказала Галка, поймав смущённый взгляд Саши. – Она, в принципе, нормальная тётка. Правда, как и все местные бабы, жутко ненавидит русских проституток.

– За мужей боятся, что ли?

– Типа того. Вслед шипят: «Allah onu kahretsin[14 - Да проклянёт её Аллах (тур.)]!» Это чуть ли не первая фраза, которую я запомнила по-турецки, – усмехнулась Галина. Её усмешка уже не выглядела такой беззаботной, как в начале дня.