Оборотень по объявлению. Моя строптивая пара

Сама смерть на секунду взглянула на меня из глубины диких зеленых зрачков, как только я перехватила взгляд оборотня. Под моей ладонью бушевал пожар – хотелось отдернуть руку, словно от горячей печки, но я чувствовала: сделаю это – и произойдет нечто непоправимое, словно нажму красную кнопку мировой войны.

Иногда мы действуем инстинктивно, но оказываемся правы. В массаже я часто доверяла своему телу и никогда не ошибалась; даже если пациент был уверен в зажиме или истощении одних мышц, мои руки ощущали настоящую проблему.

И сейчас я, не отдавая себе отчета, знала, что без моего касания больше не будет ресторана “Белый кролик”, больше не будет Паши. Возможно, больше не будет и меня.

Позади Муна стоял блондин с цепким взглядом лидера, напряженный до предела. Но стоило мне дотронуться до оборотня, как он на секунду замер, а потом заметно расслабился, словно смерч свернул в сторону от его родного дома.

Мун был на грани оборота – я это чувствовала. Сейчас на меня смотрел зверь, поэтому я, не убирая руку, попыталась призвать человека, а не волка:

– Мун! Не надо!

– Что? Ты его знаешь? Да что происходит? Почему ты его трогаешь? – негодовал позади меня Паша.

Но я не отрывала взгляда от оборотня, чувствуя, что это будет непоправимой ошибкой. Будто только мне было по силам сдержать зверя.

Я же видела, как заостренные черты лица Муна с моим прикосновением смягчились, а стоило позвать по имени, как зверь ворчливо начал отступать. Тело под рукой становилось холоднее.

Кажется, оборот отступал…

Но я не могла обернуться и объясниться с Пашей, и от этого хоккеиста просто взрывало сзади бомбой негодования:

– Санни? Это кто? Твой любовник? Делаешь вид, что не слышишь?

– Я тебе потом все объясню, – я хотела было оторвать руку от груди Муна, но тот положил свою ладонью поверх моей и прижал крепче.

Упс! Вот это ситуация! Что же делать?

– Так вот почему ты не взяла кольцо! – Пашу понесло – не остановить.

Его интонация в красках передавала, насколько сильно я задела и сердце, и самолюбие парня, но я ничего не могла сейчас с этим поделать.

– Это здесь ни при чем. Потом поговорим! – Я все еще стояла спиной к своему парню, и это злило его невероятно.

Еще до того, как Паша дотронулся до моего плеча, я увидела, как поднимается верхняя губа Муна и оголяются клыки.

– Не надо! Пожалуйста! – умоляла то ли оборотня, то ли своего парня, а может, двоих сразу.