Царевна, спецназ и царский указ

– Ой! Это что же… получается?! –  от радости она снова дернула посильнее, и коза снова подскочила –  но на этот раз одними задними ногами, прицельно сбив ведро прямо на царевну. Молока в нем было немного, так что только подол чуть намок, зато Алька на этот раз все-таки опрокинулась со скамеечки. Впрочем, она тут же с рычанием поднялась, а коза, снова жалобно заблеяв, слегка отступила.

*

Когда грязная по уши, покрытая наливающимися синяками и совершенно озверевшая царевна зашла в дом, богатыри успели не только закончить свои занятия, но и приготовить завтрак –  котел с кашей уже исходил ароматным паром на столе.

Оглядев безумным взглядом эту картину, Алька шмякнула ведро об пол и уперла руки в боки. На дне как будто что-то плескалось.

– Молочка вам принесла, –  свирепо сообщила она. –  К завтраку. Чего вам тут еще надо? Полы помыть? Новый дом построить?

Богатыри дружно смотрели на нее и молчали.

– Может, огород прополоть? –  разошлась Алевтина. Какие-то вроде бы она видела за амбарами грядки.

– Убью, –  негромко, но оттого особенно проникновенно сообщил Ратмир. И едва взглянув на него, Алька как-то сразу догадалась, что предупреждать его насчет цареубийства не стоит.

– Ты бы, царевна, умылась, –  кашлянул наконец Савелий. –  Вот водичкой холодной ополоснешься, сразу и жить легче станет…

Не говоря больше ни слова, царевна резко развернулась и вышла.

– А зачем ты ей поручил-то вот это все? –  несмело спросил Светик у старшего товарища по отряду. –  Ну… с козой и вот с курами. Ну, ясно же, царевна все ж, не царское оно дело…

– Совсем без дела оставлять тоже никак неможно, –  вздохнул Савелий. –  Не то она, чего доброго, и впрямь возьмется восстание поднимать. Я даже не удивлюсь, коли и подымет.

Ратмир, выбравшись из-за стола, подошел к ведру и заглянул в него. На самом донышке и впрямь обнаружилось молоко –  правда, какое-то подозрительно сероватое, будто вперемешку с грязью.

– Я вот тут подумал… может, царевне стоило бы еще немного поспать… и выспаться?

– Немного – это сколько? –  крякнул заместитель старшины.

– Ну… –  колдун ковырнул носком сапога пол, –  пока нужда ее прятать не отпадет?

– Царица осерчает, –  с сожалением снова вздохнул Савелий.