Обаятельный гарем желает познакомиться

Рыжую я купила за три, но то –  иноземная диковинка, товар штучный. –  За бесполезного мальчишку? За два золотых можно купить красивую невольницу!

Торговец безразлично пожал плечами.

– Смазливых мальчиков тоже берут неплохо. Не евнухом в гарем, так в дом удовольствий. Некоторым господам нравится. А этот еще и на танбуре играет, и поет неплохо.

Ммм, какие перспективы у парнишки вырисовываются! Прямо и не знаешь, что предпочесть, все так вкусненько…

Музыкант тем временем отчетливо позеленел и взял фальшивую ноту.

Я поморщилась.

– Я его забираю. Керим, расплатись.

Если Керим и не одобрил моего выбора, то показывать этого себе не позволил. А торговец радостно потер руки –  кажется, стоило бы все же поторговаться.

– Ваш господин не пожалеет, благородная эрти! А выхолостят вам его туточки, рядышком –  воон где крыша зеленая…

Цвет лица моего нового приобретения, изначально вполне смуглый, уже практически сравнялся с той крышей. Мальчишка рефлекторно прикрыл танбуром то место, которым так дорожит большинство мужчин.

Однако на его запястье уже защелкнулся браслет подчинения. Рядом скалилась рыжая, глядя на меня с ненавистью. Извини, милая, пока не до объяснений…

В небольшую будочку под зеленой крышей мы вошли все вместе – я, рыжая наемница, Керим и юный музыкант, дробно отстукивающий зубами.

Мясник –  иначе мне его сложно назвать –  сидел тут же, скучающе полируя свои инструменты. Одет он был примерно так же, как большинство торговцев здесь –  в шальварах и халате из яркой, но недорогой ткани и небольшой чалме.

Единственным отличием оказался широкий фартук на объемистом пузе. Неудобно, наверное, к “пациентам” наклоняться-то…

При виде нашей компании он расплылся в угодливой улыбке и безошибочно остановил взгляд на мальчишке.

– Благородной эрти угодно…

– Угодно, –  прервала его я и обернулась к парнишке. –  Как тебя зовут, кстати?

– Р-рами, –  выстучал он зубами, едва, кажется, не прикусив язык.

– Возможно, благородной эрти стоит выйти на время процедуры, –  мясник сложил перед собой руки.

 –  Велите ему слушаться меня.

– Да, конечно… –  я рассеянно осмотрела инструменты, среди которых особенно выделялись гигантские ножницы. Мда… интересно, их тут хоть стерилизуют? –  Впрочем, я бы предпочла все проконтролировать. Раб новый, недешевый, мало ли что.

– Как будет угодно благородной эрти… тогда пусть ваш раб снимет шальвары и сядет вот сюда, разведя ноги…

Мальчишка покрылся испариной.