Смерть под вуалью

Одного из них сержант хорошо знал – это был директор швейной фабрики, второго он видел однажды в часовой мастерской, но знаком с ним не был.

Едва поздоровавшись, они сбивчиво, в один голос, стали говорить. Сержант, как мог, их успокоил и попросил Ляпунова спокойно рассказать о том, что их привело сюда в такой поздний час. Когда тот закончил, дежурный на какое-то время задумался, потом обратился к Богданову:

– Вы точно можете сказать, что ваша жена не могла куда-нибудь уйти, не предупредив вас?

Тот отрицательно замотал головой:

– Такое даже допустить нельзя, поверьте!

– Я могу его в этом поддержать! – видя, что сержант смотрит с сомнением, поддержал Богданова Ляпунов.

 – Это лучшая моя работница!

– Ну, работница она, может быть, и лучшая, но какой человек в быту, в семье, вы ведь не можете знать до конца, – сержант намеренно тянул время, и Игорь Васильевич, почувствовав это, взорвался:

– Так, звони немедленно, кому следует! Мы можем потерять драгоценное время! – при этом он стукнул кулаком по перегородке.

– Ну, время-то, скажем, потеряли вы, когда спокойно уехали из колхоза, – сержант понял, что спокойной ночи уже не будет, и решил хоть как-то отыграться на виновных. – И не буяньте, пожалуйста! – он взял телефонную трубку, покрутил диск и, прикрыв ладонью микрофон, добавил: – Если ваша женщина найдется, я оформлю вам ложный вызов. Заплатите штраф!

– Буду очень рад! – Ляпунов кивнул в сторону Богданова: – Да и он, думаю, тоже! Звони, звони, не отвлекайся!

В этот момент на другом конце ответили.

Сержант, извинившись, попытался, как можно внятнее, объяснить Калошину, – именно ему он и звонил, – о происшествии. Положив трубку, кивнул на скамью у стены:

– Посидите пока там, скоро придет товарищ майор, он с вами и разберётся, – проводив взглядом мужчин, которые устало разместились на жестких сиденьях, сержант вернулся к прерванному занятию. Но, взглянув мельком на Богданова и вдруг почувствовав неловкость, отложил в сторону газету и спросил, не желают ли они чаю.

Ляпунов с радостью согласился, так как после выпитого коньяка чувствовал жажду. Богданов же отказался, лишь молча помотав головой.

Калошин приехал быстро. Он не любил, чтобы его долго ждали, всегда понимал, что людям бывает очень трудно в некоторых ситуациях провести в неведении и бездействии даже лишние пять минут. Взглянув на Богданова, майор лишний раз в этом убедился. Вид у мужчины был просто ужасающий.