Смена климата

Заноза охарактеризовал его как сверхъестественного стрелка? Что ж, самое то для Лондона, тяготеющего ко всему сверхъестественному.

– Он не такой, как вы, господин, – подал голос Блэкинг. – Духи не знаются с ним.

– Ты уже говорил об этом.

– Да, господин, – Блэкинг умолк и вышел из машины, чтобы открыть дверь для Хасана.

С японцем что-то серьезно не так, если Блэкинг решил повторить свое предупреждение. Но пока никаких дополнительных сведений о нем собрать не удалось. Духи не то, чтобы скрывали от Блэкинга информацию, они просто не владели ею вне тех областей, которые их касались.

Минамото был как раз вне.

Что странно для вампира. Духи обычно благоволят к немертвым.

Японец развернулся и скрылся в дверях «Золотого Шмеля».

Хасан поморщился. Он предпочел бы забрать Занозу и Вимеза с улицы. «Шмель» ему не нравился, хотя из всех мест в Рейвентире, где можно было встретить вампиров, этот клуб был самым безопасным и безобидным.

Самым нелепым и глупым.

Публику, которая там собиралась, и живых, и мертвых, можно было охарактеризовать одним словом: «богема».

Музыканты, актеры, поэты, художники, писатели и журналисты. Ходили слухи, что их рацион составляют исключительно критики, но Хасан в этом сомневался. Насколько он понимал, критики, даже живые, были теми еще упырями, и вряд ли кто-то из завсегдатаев «Золотого Шмеля» мог справиться хотя бы с одним из них. А для нормального питания одного критика недостаточно.

Правила хорошего тона не рекомендовали использовать дайны в местах, где собирались вампиры, поэтому Хасан обошелся без завесы «Тумана».

Просто вошел в клуб, огляделся, привыкая к ярким краскам, тусклому свету, взвеси табачного дыма. В отличие от большинства заведений этой части города, в «Шмеле» не было заведено курить что-то, кроме табака. Еще здесь не приветствовалась прилюдная кормежка. Сюда, вообще, приходили не для того, чтобы поесть.

Заноза был первым, кого увидел Хасан. И, скорее всего, он был первым, кого видел любой входящий в двери «Золотого Шмеля».

Привлечение общего внимания – это какой-то пост-эффект дайнов? Он специально это делает или не умеет по-другому?

В тот момент, когда его нашел взгляд Хасана, Заноза во весь рот улыбался хмурому Минамото. Даже встал из-за стола, где восседал в окружении целой толпы живых и мертвых творческих личностей. Японец вряд ли был рад оказаться под прицелом стольких любопытных, пусть и доброжелательных взглядов.