Длинные тени

Но мне все было нипочем – я продолжала упиваться своей любовью!

Иногда мне кажется, что первую, незаметную, но, вполне возможно, оказавшуюся смертельной рану она, моя любовь, получила при расстреле Белого дома в девяносто третьем – именно тогда я впервые усомнилась: так ли уж умен мой Даня? Я никак не могла поверить в то, что стрелять из пушек по парламенту демократической (!) страны – это правильно, это так и надо! А Данька, несмотря на все свое недовольство новым рыночным укладом жизни, при котором пироги должны были стать пышнее, а для большинства населения превратились в черствые сухари, поддержал президента.

Почему?! Почему нельзя было начать приватизацию с прачечных, ресторанов и автосервисов? Почему непременно надо было драть на части добывающую и металлургическую промышленность, крушить так называемые естественные монополии, разваливая при этом страну? Ведь только чудом Россию не раскатали по бревнышкам, как избушку лесника! Старый в последний момент успел перехватить газовый кран Союза и создал «наш дом – Газпром».

Понятно, что себя не обидел, но и государству досталось: было из чего платить пенсии и пособия, чтобы граждане, не сумевшие освоить новые правила жизни, с голоду не померли… Страна устояла.

Но Даня всего этого как будто не видел и по-прежнему ждал чудес от «реформаторов», помощи «просвещенного Запада» («Заграница нам поможет!», как говаривал Остап Бендер) и скорого процветания нашей страны, катившейся в пропасть по вновь налаженным капиталистическим рельсам.

И в этом состоянии ожидания моего мужа совершенно не смущал тот факт, что деньги зарабатывала жена, то есть я, но меня такое положение вещей решительно не устраивало! Никак не вписывалось оно в ту правильную и ясную картину идеальной семейной жизни, которую я много лет рисовала в собственном сознании самыми радужными красками, не отступая в главном от основной модели: мужчина в поте лица добывает хлеб насущный, а женщина рожает детей. И картина постепенно начала терять цвета радуги…

Даня же стал проявлять ко мне все больше мужского внимания, словно почувствовав неладное, а может быть, правы оказались новомодные психологи – добившаяся успеха деловая женщина становится более привлекательным сексуальным объектом, чем обычная домохозяйка. Во всяком случае, теперь именно муж был инициатором нашей близости, которая для меня превратилась в супружескую обязанность.