Меган

Слезы его не испугали, но поставили в замешательство. Заглянув ей в глаза, он как можно мягче спросил:

– Эй, что случилось?

Она вытерла слезы и со всей решимостью, чтобы поставить точку или запятую в их отношениях, посмотрела ему прямо в глаза.

– Через две недели ты уедешь… – голос ее был металлическим, без сожаления, но в словах прозвучал полувопросительный тон, предлагающий продолжить фразу ему.

На лице Дэвида снова появился оттенок боли и хмурая вертикальная морщинка между бровями. Вот она, неизбежность произошедшего несколько часов назад.

Он посадил ее на диван, накрыл пледом и направился к кухне, пытаясь дать себе тайм-аут. Меган все еще чувствовала холод после прогулки. Поежившись, она притянула к себе колени. Через минуту Дэвид принес ей горячий чай. Лицо Меган выглядело застывшим, грустным и опустошенным, как будто она наконец освободила свое право на печаль. Он сел рядом с ней.

– Эти две недели только наши, – он немного помолчал, не находя подходящих слов. – Мег… – он прислонился к ней лбом и, еще больше хмурясь, добавил: – Я не хочу заканчивать наши отношения, если ты об этом.

Она почувствовала, что сейчас ему далеко не просто даются слова, возможно, где-то внутри ему даже больно и бушует сопротивление с самим собой. От этого ей стало даже немного жаль его. Но она продолжала вызывающе молчать.

– Ты нужна мне, – прозвучало одновременно и как признание, и как приговор.

От его слов внутри у Меган поднялась волна возмущения оттого, что это полумера, с которой ей не хотелось мириться.

Но одновременно она понимала, что для Дэвида это было смелым откровением, коими он ни с кем не делился и которое было не свойственно его поведению.

– Зачем? – она произнесла это с вызовом, с легким оттенком насмешки, зная, что вопрос доставит ему еще больше боли, и от этого немного наслаждаясь моментом.

– Без тебя все станет бессмысленным. Ты делаешь меня таким, какой я есть, – после этих слов он откинулся на спинку дивана, словно неспособный больше думать или чувствовать.

Он выложил перед ней все, что осознавалось им без лишнего анализа, но являющееся первопричиной и корнем.

Очевидно, больше добавлять ничего не нужно, все остальное было бы пустым сотрясанием воздуха. Смысл сказан, оставалось его только принять, поэтому оба сидели молча.

Дэвид не ждал от Мег ничего. Немного наклонив голову, словно раздумывая о чем-то или вспоминая, он посмотрел по сторонам, будто что-то искал.