Зеркальный маг. Лабиринт страха

С удовольствием потянулся, расправляя затёкшие от неудобной позы мышцы, легко поднялся и, даже не умывшись, направился к столу.

Есть хотелось невыносимо.

***

Ксения вернулась домой поздно вечером. После работы сперва по магазинам прошлась, потом – в кафе посидела, поужинала.

С тех пор, как пропал сын, невзлюбила она свою квартиру, ставшую такой пустой и мрачной. Всё в ней напоминало о Вадиме: на этом диване он любил валяться днём, когда телевизор смотрел или в телефоне зависал, с приятелями переписываясь.

За столом занимался, уроки учил. В шкафу до сих пор висели его рубашки и джинсы, на полках стеллажа стояли книги. И ей каждый раз казалось, что сын недавно вышел и вот-вот вернётся домой.

Но час шёл за часом, а Вадик не появлялся. И Ксения, проворочавшись без сна очередную бесконечную ночь, снова шла на работу.

Если бы не Ефросинья Анисимовна, взявшая над ней шефство, она бы и поесть забывала. Но Баба Яга, прилетавшая три-четыре раза в неделю, приносила продукты, варила суп, жарила котлеты, готовила успокоительный чай, благодаря которому Ксюше удавалось забыться недолгим, но хорошо восстанавливающим силы сном.

Бабушка развлекала живущую в непрекращающейся тревоге мать разговорами, убеждая, что с сыном её всё в порядке, что жив он, что обязательно вернётся, нужно только подождать. И она же рассказала о зеркальном лабиринте и о том, что Вадим сейчас, скорее всего, живёт в зазеркалье.

Зазеркалье. Сказочная страна, побывать в которой Ксюша мечтала в далёком детстве.

Казалось ей, что там ждут её удивительные приключения и волшебные друзья.

Но вот оказался в зазеркалье сын, и страшно ей за него. С высоты своего жизненного опыта понимает она, что любая сказка легко в кошмар превратиться может, и это, скорее всего, и произошло с её любимой мечтой. И Вадику сейчас вряд ли нравится его нынешнее существование.

Хоть и пыталась её уверить в обратном Ефросинья Анисимовна, говоря, что повезло её сыну, что далеко не каждому удаётся впустить волшебство в свою жизнь.

Что научится он там колдовать, станет самостоятельным, уверенным в себе магом.

Ксения кивала, соглашалась, но, когда старушка уходила, тоска и тревога накидывались на женщину с новой силой.

Она старательно гнала от себя мрачные мысли, но они, словно надоедливые мухи, вновь и вновь кружили в мозгу, не давая ничего делать, заглушая звук включённого телевизора, мешая спать.

Если бы был жив Слава! Он бы спас её. Нашёл бы нужные слова, чтобы её успокоить.