Зеркальный маг. Посох всевластия

Хоть календарь показывал только лишь середину июля, а листья на деревьях уже начали желтеть. Одно хорошо: тополя нынче почти не цвели, а тот пух, которому удавалось слететь с веток, сразу оседал на мокрый от постоянных дождей асфальт, так что обошлось без постоянно лезущих в нос и глаза пушинок.

Зачем в городе вообще тополя садят?!

Дом торцом выходил прямо на проезжую часть, и шум машин хорошо был слышен. Точнее, был бы слышен, если бы Анатолий не поставил на окна глушащий шум полог. Впрочем, улочка была узкая, с односторонним движением, и по ночам здесь ездили мало, в основном – жители близ стоящих домов.

Общественный транспорт переставал ходить уже в одиннадцать часов, и до пяти вокруг царила относительная тишина.

Свет Анатолий включать не стал, чтобы не разбудить не выспавшуюся жену. Дочка накануне заболела, спала плохо, и ночью Лариса дважды вставала, чтобы проверить, нет ли у Катюшки температуры.

Щёлкнул выключателем стоящего на подоконнике и сияющего синим светом стеклянного электрочайника, вытащил из холодильника кусок колбасы, собираясь позавтракать бутербродами.

Но, видимо, не так уж тихо он и собирался: едва взял в руки нож, чтобы нарезать хлеб, как в кухню вошла кутающаяся в накинутый на плечи тёплый халат молодая женщина. Длинные светлые волосы растрепались во время сна, серые глаза всё ещё затягивала сонная поволока, а на румяной щеке отпечаталась складочка наволочки. И вся она – невысокая, чуть полноватая, была такой уютной, такой домашней, что Анатолий непроизвольно улыбнулся.

– И чего тебе не спится? – шёпотом спросил он.

Жена хмыкнула и прикрыла за собой дверь:

– А ты хотел сбежать незаметно?

– Типа того, – усмехнулся он. – Но разве от тебя сбежишь?

– А уже желание появилось? – поинтересовалась Лариса, усаживаясь на табуретку.

Анатолий положил нож, подошёл к жене и, присев, взял её за руки, заглянул в лицо:

– Шла бы ты спать, Ларчик. И так не высыпаешься. Я и сам могу собраться.

– Мне без тебя спать скучно, – вздохнула та.

 – И холодно. Как я без тебя раньше жила – вообще не представляю.

Анатолий улыбнулся и прижал к своим щекам прохладные ладошки жены:

– Я тоже представить этого не могу. Разве без меня – это жизнь?

– Вот нахал, – рассмеялась Лариса. – Нет, чтобы сказать: любимая, я без тебя тоже жить не могу. А ты…

– Ты же это и так знаешь, Ларчик. Ты и дети – самое главное в моей жизни, – серьёзно произнёс муж. – Я за вас жизнь отдам, не задумываясь.