Ах, женщины! Одно платье – и целая новая жизнь!

Значит, всё как всегда –

И быть Чудесам!

Патефон подпрыгивает и взрывной нотой оглашает начало Нового Волшебного Дня.

Сказка о волшебнике Кануне

– Ну вот, смотри же ты, она опять проворонила Новый год! – гномы в цветастых шапках, держась за толстенькие животики и смешно запрокидывая головы назад, дружно смеялись, в очередной раз наблюдая на волшебном экране, как 31 декабря Наталия носилась по дому и ничего не успевала.

– Это ж сколько лет прошло, а она все туда же, хм… – глубокомысленно изрек старший гном и почесал бороду.

Он был настоящий мужчина и никак не мог понять, как за 45 лет можно чему-то не научиться, и даже неважно чему, хоть бы и полетам на Луну, но, похоже, Наталия была исключением из правил и так и не научилась встречать новый год как положено за почти половину века.

– Ой, да эти женщины неисправимы! – безапелляционно заявил младший гном и самодовольно глянул на свое отражение в зеркале.

– Тшшш… не пристало тебе такие вердикты выносить. – погрозил ему пальчиком старший гном и кивнул в сторону двери.

 – Вон скоро Канун придет, он разберется.

– Да когда он еще придет! – скептически процедил младший гном и, засунув руки в карманы, вразвалочку побрел в гостиную. Там уже заканчивали накрывать стол безмолвные феи, и гном потянул носом вкуснющие запахи.

– Придет-придет, и не сомневайся! – вдогонку ему прокричал старший гном и снова погрозил пальцем.

* * *

…Прошло почти две недели. Канун явился незаметно. Он неспешно бродил по дому, поправляя мебель, вытирая пыль или протирая стекла на окнах, а потом вместе со всеми садился за стол, – в общем, вел себя так, как будто всегда тут жил и никогда никуда не отлучался.

Братья-гномы не переставали удивляться и друг друга шепотом спрашивали:

– Может, ты видел, когда ОН пришел? – и друг другу же отвечали отрицательным кивком головы.

Спросить же у самого Кануна, когда он тут появился и откуда пришел, смелости ни у кого не хватало. Канун был молчалив и намеков на желание пообщаться не подавал.

Да и внешний вид его, мягко говоря, к тесному знакомству не располагал: даже в доме Канун ходил всегда в плотно застегнутом огромном, до земли, тулупе, шапке-ушанке явно не по размеру, из-под которой едва угадывались брови, а глаз и вовсе не было видно, и в громадных валенках, которые чудом не сваливались с его ног.

* * *

Но все резко изменилось 13 января сразу после полудня. С утра гномы дружно расчищали от снега дорожку, ведущую к дому: ожидались гости.