Ошибка Гофмана

 – Поехали!

«Рено» рвануло с места.

– Что? – посмотрел Евдокимов на Александра через километр. – Как думаешь, я могу уволиться от Георгия? Ты возьмешь меня на работу?

– Конечно, – кивнул Александр, хватаясь за зазвонивший телефон. – Я уже тебя взял.

В трубке был голос Галины.

– Привет. Я сейчас сброшу эсэмэс с адресом. Приезжай ко мне.

Глава седьмая

Шероховатости

– Как у тебя дела?

Антон потер виски, кивнул Виктору. Тот с пониманием шаркнул ногой, расплылся в неизменно доброжелательной улыбке, прошептал: «Вернусь через пять минут» – и скрылся за дверью.

– Мне выйти? – шепнула Маша.

«Нет», – мотнул головой Антон и привычно отошел к панорамному окну. Сколько времени прошло с той встречи с Гофманом? Месяц? Столько всего переменилось! И прежде всего изменился он сам. От паники и тошноты, которые пронизывали все его тело, не осталось и следа. А ведь за последние полторы недели, что прошли с контрольного запуска конвейера, в каждый из десяти наполненных суетой дней он спал не больше пяти часов.

Алину не видел уже три дня. И вот ведь, что Виктор, что Гофман – все так же бодры, а ему хочется упасть на пол и уснуть прямо у этого окна, за которым Питер понемногу начинает одеваться в желтое. Осень.

– У меня все хорошо, – сказал в телефон Антон. – Немного устал, но ты сама понимаешь…

– Да, – вздохнула Алина. – Папа звонил. Он тоже весь на нервах. Сейчас на производстве с этим… Гофманом. Все получится?

– Никаких сомнений, – успокоил жену Антон. – Уже получилось.

Идут финальные регулировки. Высокотехнологичное производство требует высокотехнологичных настроек.

– Я видела новости, – сказала Алина. – Там даже были кадры из цехов. И с дрона. Папа засветился в этом… голубом халате. Вчера снимали. Виктор давал интервью. Что-то про инновации, кибернетику и фармацевтику. При чем тут фармацевтика? И почему прямо нельзя было сказать про этот чип?

– Солнце мое, – вздохнул Антон. – Все, что сказал в том коротком интервью Виктор, согласовано до последнего слова.

Мы все обсуждали. Не должно быть сенсаций. Что твоя мама принимает, когда у нее болит голова?

– Анальгин, – ответила Алина.

– Вот видишь? – засмеялся Антон. – Неважно, помогает ли он ей на самом деле, она неизменно принимает анальгин. Запомни, мы не собираемся выпускать какую-то чудо-таблетку, пусть даже и кибернетическую. Никакой панацеи. Нет, мы будем выпускать условный анальгин. Старый и добрый, привычный и безотказный. Пусть и электронный.